Закон о насилии над семьей

Как законопроект о домашнем насилии может повлиять на семейную жизнь россиян в случае его принятия?

Юрист Коллегии адвокатов «Вашъ Юридический Поверенный»

специально для ГАРАНТ.РУ

Одной из самых заметных законодательных новаций конца 2019 года стал проект нового закона «О профилактике семейно-бытового насилия в Российской Федерации» 1 , который представлен на общественное обсуждение Советом Федерации РФ.

Несомненно, потребность в активизации профилактических мер по борьбе с семейно-бытовым или домашним насилием возникла давно. Целый ряд тяжких и особо тяжких преступлений мог бы быть предотвращен, если бы ответственные органы своевременно реагировали бы на сигналы со стороны граждан, занимались бы профилактической работой на надлежащем уровне.

В законопроекте содержится формулировка новой для российского права категории семейно-бытового насилия. Под ним авторы законопроекта понимают «умышленное действие, причиняющее или содержащее угрозу причинения физического, или психического страдания, или имущественного вреда», которое при этом не подпадает под административную или уголовную ответственность.

Также в законопроекте вводятся новые для России профилактические меры – защитное предписание и судебное защитное предписание, особенности вынесения которых прописаны в ст. 24-25 рассматриваемого законопроекта. Защитное предписание планируется выноситьуполномоченным лицом ОВД на срок до 30 суток с возможностью продления до 60 суток, а судебное защитное предписание – судом на срок до 1 года.

Суть защитных предписаний сводится к запрету совершения семейно-бытового насилия, вступления в коммуникацию с жертвой насилия, включая и коммуникацию посредством средств связи и Интернета, проживания на одной территории с лицом или лицами, пострадавшими в результате семейно-бытового насилия.

Таким образом, в России в случае принятия законопроекта и придания ему статуса закона может появиться законодательная норма, запрещающая лицам, обвиненным в семейно-бытовом насилии, вступать в любые контакты с пострадавшими. Такая норма успешно применяется во многих странах мира, включая страны Западной Европы, и рассматривается в качестве одной из наиболее эффективных профилактических мер, позволяющих снизить риски перерастания семейно-бытового насилия в уголовные преступления.

Однако законопроект вызывает и многочисленные вопросы, связанные, в первую очередь, с возможным влиянием на семейную жизнь россиян в случае его принятия. Ведь государство получает больше возможностей для контроля событий, происходящих в самой приватной части жизни российского общества – в семейной сфере, в отношениях между мужем и женой, родителями и детьми.

КОНСУЛЬТАЦИЯ ЮРИСТА


УЗНАЙТЕ, КАК РЕШИТЬ ИМЕННО ВАШУ ПРОБЛЕМУ — ПОЗВОНИТЕ ПРЯМО СЕЙЧАС

8 800 350 84 37

Безусловным плюсом принятия данного закона является его высокая профилактическая значимость: лица, склонные к семейно-бытовому насилию, поймут, что в случае дальнейшего подобного поведения им могут запретить любые контакты со своими родственниками, являющимися жертвами этого насилия. Последние, в свою очередь, получат долгожданную реальную защиту, причем не только по принципу «когда будет совершено преступление, тогда и обращайтесь», а защиту превентивную, направленную на предупреждение и предотвращение более тяжких последствий.

Однако следует отметить, что если в той или иной семье ее члены вынуждены прибегать к установленным законом мерам защиты, то данная семья уже по определению является кризисной. Законодательные ограничения могут заставить того или иного члена семьи контролировать свое поведение, не допуская проявлений насилия, но психологический климат в семье они не восстановят и не установят.
Также следует отметить, что во многих семьях семейно-бытовое насилие совершается по причине зависимости одних членов семьи от других, и такие меры как судебное защитное предписание, предполагающие отселение агрессора, могут обернуться новыми проблемами для семьи – проблемами материального характера. Например, по решению суда отцу – кормильцу семьи запретят проживать вместе с семьей на съемной квартире. Он уйдет в другую квартиру, перестав оплачивать аренду, и у жены с детьми встанет вопрос, где брать средства на оплату жилья.

Что же касается отношений между родителями и несовершеннолетними детьми, то здесь все еще сложнее. Ведь ребенок проживать отдельно от родителей не может, поэтому отселение агрессора или агрессоров может означать лишь то, что ребенок будет передан в государственное воспитательное учреждение со всеми вытекающими последствиями. Нужно понимать, что далеко не все дети и подростки способны реально оценивать обстановку в семье, действия родителей. Будучи наказанными за какие-то недочеты в учебе или плохое поведение, они получат возможность пожаловаться на родителей в контролирующие органы, после чего будет запущен соответствующий механизм – вынесение защитного предписания и т.д.

Также не очень понятно, как будет действовать защитное или судебное защитное предписание в том случае, если в роли агрессора выступает отец или мать ребенка, а то и они оба. Ведь если они не лишены родительских прав, то они обязаны заботиться о ребенке, контролировать его школьную успеваемость, повседневную деятельность. Как это сделать при запрете контактов, в том числе и телефонных?
Привлечение третьих лиц к контролю семейной жизни граждан может повлечь за собой и определенные действия, предпринимаемые в собственных интересах: так, различные проверки могут быть инициированы соседями, родственниками, которые по каким-то причинам недоброжелательно настроены к отдельной семье или ее членам. В текущем виде законопроекта обратиться с жалобой о семейно-бытовом насилии в конкретной семье может любой человек, ставший очевидцем насилия. И не исключено, что такой возможностью люди могут злоупотреблять.

Еще один важный нюанс, который требует внимания – семейно-бытовое насилие. Согласно законопроекту, имеет место только в семьях с официально зарегистрированными брачными отношениями, либо в сожительствах с общим ребенком. Семейно-бытовое насилие, происходящее в парах, живущих без оформления отношений, в законе не рассматривается и профилактических мер против такого вида насилия закон не содержит.
Между тем, в Российской Федерации значительное число пар живет в официально неоформленных отношениях. Сам факт того, что отсутствие официального оформления отношений является естественной преградой для возбуждения производства о семейно-бытовом насилии, может стать важной причиной для граждан не регистрировать брак. Пока государство пытается предпринимать, пусть и слабые, но хоть какие-то меры для защиты семьи, сохранения института брака, данные законодательные нюансы объективно работают против брачных отношений.

Таким образом, законопроект о профилактике семейно-бытового насилия, на мой взгляд, нуждается в дополнительной доработке и корректировке, особенно в перечисленных направлениях: отношения в незарегистрированных парах и сожительствах, защита несовершеннолетних, проверка жалоб о семейно-бытовом насилии со стороны третьих лиц (не имеющих отношения к конкретной семье граждан). В противном случае законопроект при его принятии может влиять на сферу семейно-брачных отношений как в положительном, так и в негативном аспектах.
_____________________________

Читайте так же:  Поменять отчество ребенку матери одиночки

1 С текстом проекта закона «О профилактике семейно-бытового насилия» и материалами к нему можно ознакомиться на официальном сайте Совета Федерации РФ.

Закон «о насилии над семьей» готов к внесению в Госдуму

В распоряжении РИА Катюша оказался пакет из четырех законопроектов, посвященных т.н. «семейно-бытовому насилию», который в ближайшее время будет внесен в Государственную Думу РФ, а именно: ПФЗ «О профилактике семейно-бытового
насилия в Российской Федерации», ПФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты РФ в части профилактики семейно-бытового насилия», ПФЗ «О внесении изменений в статьи 19.3 и 23.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях» и ПФЗ «О внесении изменений в Гражданский процессуальный кодекс Российской Федерации в части профилактики семейно-бытового насилия». Законы жуткие: все надежды патриотов на то, что власть услышит критику родительских организаций и откажется хотя бы от «психологического» и «экономического» насилия, а также от преимущественных прав НКО, не оправдались: авторы законопроектов просто немножко отредактировали свои первоначальные формулировки.

Надежда на то, что власть прислушается к критике родительских организаций, выступивших единым фронтом против очередной попытки феминисток и европейских лоббисток протащить адаптированный вариант Стамбульской конвенции по противодействию домашнему насилию — ПФЗ «О профилактике семейно-бытового насилия — не оправдались. Буквально пару дней назад целый ряд источников «Катюши» в Думе заявил о том, что Совет Федерации подготовил облегченный вариант законопроекта, исключив оттуда понятие психологического и экономического насилия. Об этом же вчера написал «Коммерсант» со ссылкой на источники в Кремле. Разумеется, родительские организации не устроил бы и купированный вариант законопроекта, поскольку в нем оставалось охранное предписание, а с ним и возможность вмешательства в семью под любым предлогом.

Но, увы, источники ошиблись. В итоговом документе, имеющемся в распоряжении РИА «Катюша», есть все, что было и в первоначальных редакциях данного законопроекта, принятия которого феминистски добиваются уже не первый раз.

Как уже сообщало наше издание и аналитический центр Общественного уполномоченного по защите семьи, все механизмы ПФЗ «О семейно-бытовом насилии» прописаны в Стамбульской конвенции, которую Россия в свое время отказалась ратифицировать. Заложенная в этой конвенции человеконенавистническая феминистская идеология уже привела к кризису института семьи и демографическому кризису в Европе, а также к усилению движения за преимущественные права гомосексуалистов и прочих сексменьшинств.

Законопроект, как и раньше, распространяет свое действие не только на официальных супругов, но и на сожителей: «лица, подвергшиеся семейно-бытовому насилию — супруги, бывшие супруги, лица, имеющие общего ребенка (детей), близкие родственники, а также совместно проживающие и ведущие совместное хозяйство иные лица, связанные свойством, которым семейно-бытовым насилием причинены физические или психологические страдания и (или) имущественный вред или в отношении которых есть основания полагать, что им семейно-бытовым насилием могут быть причинены физические и (или) психические страдания и (или) имущественный вред, при этом нарушителем может быть признано « лицо, достигшее восемнадцати лет, совершившее или совершающее семейно-бытовое насилие».

Ключевой элемент Стамбульской конвенции и всех вариантов законопроект о СБН — защитное предписание — в нынешнем ПФЗ остался. Его по-прежнему выдает полиция, а судебное предписание — мировой суд.

Правда, количество мер, которые можно вписать в охранное предписание сократилось по сравнению с прошлыми редакциями законопроекта.

Так, ст. 23 действующего законопроекта определяет, что «защитное предписание выносится с согласия лиц, подвергшихся семейно-бытовому насилию, или их законных представителей (представителей). Копия протокола и экземпляр защитного предписания вручаются нарушителю. Если нарушитель отказывается получить копию протокола и экземпляр защитного предписания об этом в протоколе и защитном предписании делается отметка. 2. Лицу, подвергшемуся семейно-бытовому насилию, выдаются копия протокола и экземпляр защитного предписания с разъяснением его прав, а также правовых последствий в случае неисполнения защитного предписания нарушителем. 3. Защитное предписание выносится в отношении лица, достигшего на момент его вынесения восемнадцатилетнего возраста. Защитным предписанием нарушителю может быть запрещено:

1) вступать в контакты, общаться с лицами, подвергшимися семейно-бытовому насилию, в том числе по телефону, с использованием информационно-телекоммуникационной сети Интернет;
2) предпринимать попытки выяснять место пребывания лиц, подвергшихся семейно-бытовому насилию, если это лицо (лица) находится (находятся) в месте, неизвестном нарушителю;
4. Срок действия защитного предписания составляет 30 суток с момента его вынесения.
5. При наличии оснований полагать, что угроза совершения
семейно-бытового насилия сохраняется, по письменному заявлению лица, подвергшегося семейно-бытовому насилию, срок действия защитного предписания может быть продлен сотрудником органа внутренних дел до 60 суток».

О выселении мужчины из квартиры и запрете приближаться к супруге более чем на 50 метров, которые были в прежних редакциях, вроде бы ничего не говорится — однако на практике исполнить требование о запрете «вступать в контакты, общаться с лицами, подвергшимися семейно-бытовому насилию, в том числе по телефону, с использованием информационно-телекоммуникационной сети Интернет» можно исполнить лишь путем удаления мужчины с его жилплощади.

А вот судебное защитное предписание (ст. 24 ПФЗ) прямо предусматривает обязанность «насильника»:

«1) пройти специализированную психологическую программу;
2) покинуть место совместного жительства или место совместного пребывания с лицами, подвергшимися семейно-бытовому насилию на срок действия судебного защитного предписания, при условии наличия у нарушителя возможности проживать в ином жилом помещении, в том числе по договору найма (поднайма), договору найма специализированного жилого помещения либо на иных основаниях, предусмотренных законодательством Российской Федерации;
3) передать лицам, подвергшимся семейно-бытовому насилию их личное имущество, документы, если они удерживаются нарушителем».

Наконец, самый важный момент — субъекты профилактики семейно-бытового насилия. Тут почти ничего не поменялось: это и «организации специализированного социального обслуживания субъектов Российской Федерации: кризисные центры для лиц, подвергшихся насилию, центры социальной помощи семье и детям, центры психолого-педагогической помощи населению, центры экстренной психологической помощи и другие организации специализированного социального обслуживания; и медицинские организации; и общественные объединения и иные некоммерческие организации, осуществляющие деятельность в сфере профилактики семейно-бытового насилия».

Т.е. те самые феминистские НКО, в чьем уставе прописано, что они борются с семейным насилием. Правда, в предыдущем варианте законопроекта у этих «доброжелателей» было гораздо больше прав, в частности, они могли от своего лица подавать заявления в полицию и в суд, причем обжалование предписания не приостанавливало его действия. В нынешнем ПФЗ этого вроде бы,нет. Но как оно будет на практике — неясно, ведь «доброжелатели» всегда могут заявить, что жертва находится в беспомощном состоянии. Кстати, на Западе именно феминистки (а не сами жертвы) подают большинство заявлений о выдаче охранных ордеров. Неслучайно в Германии охранное предписание называют «молотком ведьм» (НКО зарабатывают на жертвах и виновниках домашнего насилия, навязывая им своих психологов за большие деньги — отказ от их услуг влечет за собой арест), а в США ордера называют «разводом де факто».

Читайте так же:  Могут ли сократить мать одиночку с ребенком

На этом пока остановимся — более подробный анализ данного законопроекта и связанных с ним нормативных актов мы скоро выложим на «Катюше» и ресурсах Общественного уполномоченного по защите семьи. Желающие могут самостоятельно ознакомиться с текстами законопроектов в ТГ-канале РИА Катюша.

Тут же мы отметим, что вероятность принятия законопроекта в таком виде очень высока: в понедельник спикер СФ Валентина Матвиенко заявила, что «правительство и российский парламент считают, что в РФ нужны дополнительные меры по борьбе с домашним насилием»: «Я хочу сказать, что сегодня и в парламенте, и в правительстве единодушная точка зрения: что нужны дополнительные меры по недопущению, по борьбе с домашним насилием».

Одновременно на сайте Президента появились доклад Минюста, из которого следует, что привлекаемых к ответственности за семейно-бытовое насилие недостаточно штрафовать — «Штраф как мера административной ответственности не является достаточным средством воздействия на правонарушителя» — а также обещания Правительства вести работу по раннему выявлению насилия в семье или угрозы его применения.

Этот документ мы тоже разберем несколько позже, тем более что он явно противоречит позиции того же Минюста в ЕСПЧ.

Следите за нашими публикациями и не прекращайте писать в Думу, Совет Федерации и Президенту письма против принятия закона о насилии над семьей!

Андрей Цыганов, РИА Катюша

Теперь мои статьи можно прочитать и на Яндекс.Дзен-канале.

Закон о «насилии над семьей» защищает не женщину, а имущество

Законопроект «О профилактике семейно-бытового насилия», который в народе уже окрестили «законом о насилии над семьей», пробудил огромную дискуссию в нашем обществе. Десятки общественных организаций выступили с протестом против принятия этого законопроекта. По стране прошла волна митингов и пикетов с требованиями не допустить принятия закона, который разрушит наши семью.

В пятницу 29 ноября, на сайте Совета Федерации был выложен новый текст законопроекта, который мы сейчас попробуем проанализировать. Первоначальный текст был несколько изменен, и из него были убраны особо неприемлемые формулировки, такие как «сексуальное насилие», «половая свобода», «преследование». Однако то, что осталось, никак не может считаться законопроектом, который надо принимать и который принесет обществу пользу.

Слова из законопроекта ниже выделены курсивом, жирным шрифтом выделены слова, на которые мы будем делать акцент. Это нами сделано для улучшения понимания написанного в законопроекте.

Самым первым в глаза бросается статус планируемого законопроекта. Это — Федеральный закон. Т.е. это будет рамочный документ, на основании которого субъекты профилактики семейно-бытового насилия, перечисленные в статье 5, будут выполнять различные функции в рамках этого федерального закона. А список субъектов большой и состоит из 12 пунктов, начиная от органов МВД и заканчивая общественными объединениями и некоммерческими организациями.

То есть — все, кому не лень.

Но что интересно, статьей 7 «Полномочия федеральных органов государственной власти в сфере профилактики семейно-бытового насилия»

Федеральные органы государственной власти в пределах своей компетенции:

2) осуществляют нормативно-правовое регулирование в сфере профилактики семейно-бытового насилия;

Т.е. теперь федеральные органы смогут сами вводить и определять меры и способы по вмешательству в семейную жизнь. И общество никак не сможет это ни контролировать, ни обсуждать, ни воздействовать. Потому, что законы будут приниматься без общественных обсуждений. И не известно, что и как будет в этих законах прописано.

Давайте подробно рассмотрим основные понятия предлагаемого Федерального закона.

семейно-бытовое насилие — умышленное деяние, причиняющее или содержащее угрозу причинения физического и (или) психического страдания и (или) имущественного вреда, не содержащее признаки административного правонарушения или уголовного преступления;

Немаловажная вещь – лоббисты этого законопроекта всегда говорят, что он поможет спасти женщин от избиения и побоев. Как же с этими «благими пожеланиями» стыкуется фраза в законе что семейное насилие, это деяние… «не содержащее признаки административного правонарушения или уголовного преступления». Погодите, от какого же насилия вы собираетесь защищать женщин, если это не уголовное деяние, и даже не административное правонарушение?

Схема, которую рисуют обществу лоббисты такова: женщину бьют, её надо защитить. Но в проекте закона прямо написано, что защищать будут только от «имущественного вреда», ведь избиение или нанесение телесных повреждений уже сегодня относится к действиям, классифицированным в КОАП и УК!?

Так зачем нужен новый закон, если он будет защищать только имущество, а не самого человека?!

[2]

Идем дальше. Что такое это странное семейно-бытовое насилие, описанное, как имущественный вред? Кто может объяснить понятие «имущественного вреда» внутри семьи? Муж пил чай из кружки жены, это имущественный вред? Муж не купил жене сапоги или шубу — это имущественный вред? Жена разбила машину мужа – этой имущественный вред? Мама не дает ребенку компьютер или смартфон, потому что ребенок не хочет делать уроки, а хочет играть в электронный девайс – это имущественный вред? Непонятно. А вот это непонятное толкование и будет подводиться под формулировку семейно-бытовое насилие. Представляете, какие огромные возможности для различных злоупотреблений?

Читаем закон дальше:

лица, подвергшиеся семейно-бытовому насилию – супруги, …и т.д. …. в отношении которых есть основания полагать, что им вследствие семейно-бытового насилия могут быть причинены физические и (или) психические страдания и (или) имущественный вред;

Что значит, «могут быть причинены»? Почему при рассмотрении дело самообороне, когда жертва сталкивается с превосходящей силой и агрессией нападающих, суд в массе своей выносит обвинительные приговоры обороняющимся, с формулировкой «превышение мер самообороны»? А ведь суд не считается с тем, что обороняющемуся мог быть причинен физический вред, когда парень защищает свою девушку от пятерых нападающих на улице или отец семейства защищает свою семью от бандитов, проникших к нему в квартиру или дом? А по этому законопроекту сразу будут наказывать за ВОЗМОЖНЫЕ действия!

нарушитель — лицо, достигшее восемнадцати лет, совершившее или совершающее семейно-бытовое насилие;

А почему в законе виновны могут быть только совершеннолетние? У нас в стране что, нет детских колоний, где находятся даже малолетние убийцы? А если такое «чадо» будет тиранить мать или опекунов – бабушку и дедушку (при отсутствии родителей)? А если это семнадцатилетний наркоман, который запугал и держит в страхе свою семью? Он по этому закону не подлежит ответу? Странно как-то….

И в этой версии законопроекта законодатели никак не смогли обойтись без введения обязательного атрибута ювенальной юстиции — защитного предписания.

Защитное предписание выносится в отношении лица, достигшего на момент его вынесения восемнадцати лет. Защитным предписанием нарушителю может быть запрещено:

1) вступать в контакты, общаться с лицом (лицами), подвергшимся (подвергшимися) семейно-бытовому насилию, в том числе по телефону, с использованием информационно-телекоммуникационной сети «Интернет»;

2) предпринимать попытки выяснять место пребывания лица (лиц), подвергшегося (подвергшихся) семейно-бытовому насилию, если это лицо (лица) находится (находятся) в месте, неизвестном нарушителю.

Итак, лицо, получившее защитное предписание не имеет право общаться с членами своей семьи и, внимание, лишается возможности договориться между членами семьи после конфликта. Оно не дает возможности прийти к взаимопрощению и согласию членов семьи. Потому, что за нарушение защитного предписания ведет к КОАП и УК РФ.

Читайте так же:  Мероприятия в семье без насилия в школе

Но самое главное, за всеми этими красивыми словами, родителям запрещается искать своих детей, которых заберут органы опеки или НКО, которые посчитали, что детям может (мы уже это разобрали выше) угрожать семейно-бытовое насилие в виде угрозы забранного телефона (про имущественный вред мы тоже писали выше)!

А в судебном защитном предписании ко всему этому ещё и добавляется требование:

2) покинуть место совместного жительства или место совместного пребывания с лицами, подвергшимися семейно-бытовому насилию, на срок действия судебного защитного предписания при условии наличия у нарушителя возможности проживать в ином жилом помещении, в том числе по договору найма (поднайма), договору найма специализированного жилого помещения либо на иных основаниях, предусмотренных законодательством Российской Федерации;

И тут тоже возникает множество вопросов – как определить есть ли возможность у нарушителя пребывать в ином жилом помещении? Что делать, если такой возможности нет, то оставить нарушителя в этой же семье? А в чем же тогда смысл этого закона? Что за специализированное жилое помещение? На основании какого закона, нарушителя обяжут снять это помещение, ведь у нас запрещено навязывать платные услуги? Вопросов много, а ответов нет….

Мы будем и дальше внимательно следить за развитием ситуации и обязательно информировать обо всех новостях по данному законопроекту.

Который нельзя ни в коем случае принимать, так как его конечной целью является нанесение удара по институту семьи, а не защита кого-либо от насилия.

Видео (кликните для воспроизведения).

Члены Президиума общественного движения «Патриоты Великого Отечества»

В.П. Обозный

Н.В. Стариков

Теперь мои статьи можно прочитать и на Яндекс.Дзен-канале.

Понравился материал? Поделитесь им в соц.сетях!

Подпишитесь на рассылку

Один раз в день Вам на почту будут приходить материалы Николая Старикова, достойные внимания. Можно отписаться в любой момент.

Отправляя форму, Вы даёте согласие на обработку и хранениe персональных данных (адреса электронной почты) в полном соответствии с №152-ФЗ «О персональных данных».

Новые видео

Новые видео

Комментарии

НОВАЯ КНИГА
НИКОЛАЯ СТАРИКОВА

Закон «о насилии над семьей» юридически безграмотен

Мы уже неоднократно писали и говорили о том, что предлагаемый лоббистами ювенальных технологий закон «о насилии над семьей» не решает задачи якобы ради которой он принимается, принесет новые огромные проблемы.

Широкое обсуждение данного законопроекта, к которому присоединяются все новые общественные силы, открывает новые «дыры» и «слабости» данного акта. Сегодня можно смело говорить не только о неприемлемости принятия этого закона, но даже о его юридически безграмотном содержании.

Такое впечатление, что его писали второпях, на коленке.

Правовой анализ проекта закона о профилактике семейно-бытового насилия

Важно!
По вопросу об активно дискутируемом проекте Федерального закона «О профилактике семейно-бытового насилия в Российской Федерации» нашими юристами подготовлен правовой анализ данного документа.

Резюме:

29 ноября 2019 года Совет Федерации опубликовал для общественного обсуждения законопроект «О профилактике семейно-бытового насилия в Российской Федерации» (далее – «законопроект»).
Показано, что данный законопроект является категорически неприемлемым с юридической точки зрения. Не будучи направлен на профилактику реального насилия (то есть преступлений и правонарушений насильственного характера), он создает механизм, позволяющий на расплывчатых и неопределенных основаниях вмешиваться в семейную жизнь граждан, фактически поражать их в правах, создает условия для произвольного разрушения семейных связей, в том числе разлучения несовершеннолетних детей с их родителями.

Нормы законопроекта:

На практике законопроект создает систему правовых норм, параллельную действующим нормам уголовного права и законодательства об административных правонарушениях. Эта система позволит, под видом «профилактических мероприятий», произвольно применять практически к любому совершеннолетнему гражданину России меры репрессивного характера, безосновательно объявляя граждан виновными в т.н. «семейнобытовом насилии» («нарушителями») и серьезно поражая их в правах.

При этом в рамках данной параллельной системы правовых норм не будет действовать конституционная презумпция невиновности, то есть граждане будут объявляться нарушителями закона без каких-либо процессуальных гарантий и доказательств.

Применение норм закона на практике нанесет существенный ущерб семье, материнству и отцовству и создаст условия для необоснованного разрушения семей и разлучения детей с их родителями. Это противоречит конституционным ценностям семьи, материнства и отцовства, подлежащим особой государственной защите, а также обязывающим нормам международного и российского права.

Поскольку «семья, материнство и детство в их традиционном, воспринятом от предков понимании представляют собой те ценности, которые обеспечивают непрерывную смену поколений, выступают условием сохранения и развития многонационального народа Российской Федерации, а потому нуждаются в особой защите со стороны государства» ( Абзац второй п. 3 мотивировочной части Определения Конституционного Суда РФ от 19.01.2010 № 151-О-О и др. ), а сама семья отнесена Стратегией национальной безопасности РФ (утв. Указом Президента РФ от 31.12.2015 N 683) к числу традиционных российских духовно-нравственных ценностей (П. 78 указанной Стратегии), принятие закона будет являться серьезной угрозой для национальной безопасности России (а именно угрозой государственной и общественной безопасности (П. 48 указанной Стратегии)).

При этом предлагаемые в законопроекте меры, как следует из исследования практики их применения в зарубежных странах, не способны привести к снижению уровня реального насилия в обществе.
Таким образом, принятие законопроекта не обеспечит решения реальных проблем, создавая одновременно условия для разрушения семей и усугубления кризиса семьи, что противоречит стоящим перед Российской Федерацией задачам в области как семейной и демографической политики, так и обеспечения национальной безопасности.
В связи с этим законодателям следует признать анализируемый законопроект неприемлемым не только на уровне конкретных норм, но и на концептуальном уровне, и отказаться от дальнейшей работы над ним.

Полный текст аналитического обзора можно почитать тут

P.S. Отдельно хотелось бы показать мнение юристов о наиболее вопиющем положении Закона «о насилии над семьей»: о так называемых «психологических страданиях», при возможности причинения которых, полицейские по заявке НКО должны выписывать Защитное предписание. Что означает запрет на общение во всех формах и проживание «насильника и жертвы» в одном помещении. То есть это – выселение человека из его жилья…

Нарушение конституционного принципа правовой определенности

Для норм законопроекта характерна крайняя неопределенность используемых понятий и положений, которая в высшей мере странна для документа, претендующего на установление «правовых основ профилактики семейно-бытового насилия» (ст. 1).

Так, определение семейно-бытового насилия («умышленное деяние, причиняющее или содержащее угрозу причинения физического и (или) психического страдания и (или) имущественного вреда, не содержащее признаки административного правонарушения или уголовного преступления»), приводимое в ст. 2 законопроекта, позволяет объявить таковым практически любое действие любого лица, не являющееся преступлением и правонарушением. Не говоря уже о необоснованном использовании в данном определении термина «деяние», присущего в российском законодательстве исключительно уголовно-правовой сфере, данное определение использует целый ряд понятий, которые лишены четкого и однозначного понимания в юридической науке и могут интерпретироваться безгранично широко.

Читайте так же:  Развод без согласия жены без детей

Так, термин «угроза» не имеет однозначной правовой дефиниции. При этом, исходя из его использования в различных законодательных нормах, под «угрозой» тут может пониматься не только выражение словами или действиями (второе уже предполагает субъективизм оценки) намерения совершить некое «деяние», но и просто риск, вероятность его совершения (в этом случае субъективизм возможной оценки становится просто беспредельным).

В случае юридической неопределенности термина при интерпретации правовой нормы принято, в зависимости от контекста, обращаться к терминологии специальных наук или общелексическим значениям слов. Но это отнюдь не прояснит ситуацию и не увеличит определенности в нашем случае. В учебниках психологии мы, к примеру, можем найти такое определение страдания: «Страдание — вечная неудовлетворенность воли временными и промежуточными целями на пути её бесконечного стремления». Или такое: «Страдание – душевное состояние, противоположное наслаждению. Оно вызывается многими причинами – физической болью, горем, страхом, тревогой, тоской, раскаянием».

В таких обстоятельствах в качестве «семейно-бытового насилия» может, в реальности правоприменения, квалифицироваться совершенно любое «умышленное» действие – принуждение ребенка делать уроки или убрать в комнате, выговор ребенку за плохое поведение, критика жены в адрес мужа или наоборот. Разные люди могут испытывать негативные эмоции, в том числе и сильные, то есть страдать, от самых разных действий ближних. Несмотря на то, что понятие «физическое страдание» является более определенным, это не прибавляет четкости самому использующему его определению.

Причинение «физических страданий» какого рода (и какой интенсивности) будет являться «семейно-бытовым насилием»? Будет ли таковым являться щелчок по носу ребенка-подростка от совершеннолетнего старшего брата или сестры? Боль при обучении сына отцом приемам боевых искусств или самообороны, спортивных тренировках? Воспитательный шлепок (все помнят, какое массовое возмущение у широкой общественности вызвала в 2016 году попытка введения в законодательство нормы, допускающей преследование родителей за подобное воздействие на ребенка)? Напомним, что «семейно-бытовым насилием» в определении считаются не только все эти действия (круг их бесконечен), но и «угроза», то есть, на практике, возможность или вероятность их совершения.

Как если бы этого было мало, указанное определение страдает дополнительными дефектами, указывающими на низкую правовую грамотность его авторов. Во-первых, согласно ему, «семейно-бытовым насилием» является любое из этих действий, совершенное любым лицом в отношении любого лица. Дальнейшие определения сужают лишь круг потенциальных «нарушителей» и «пострадавших», в отношении которых применимы нормы законопроекта. Но, строго по смыслу определения, к примеру, острая критика деятельности законодателя, причинившая ему серьезные психологические переживания, или хамское поведение в магазине также являются «семейно-бытовым насилием» — просто не подпадающим под иные нормы законопроекта.

[1]

Во-вторых, авторы законопроекта игнорируют или просто не знают тот факт, что причинение физических или психических страданий побоями или иными насильственными действиями уже запрещено нормой ст. 117 УК РФ. Таким образом, поскольку определение законопроекта выводит за рамки «семейно-бытового насилия» уголовные преступления, только причинение физических или психических страданий ненасильственными действиями объявляется в нем таким «насилием». Что это за «ненасильственное насилие»?

Впрочем, правовая безграмотность авторов законопроекта очевидна из текста большинства его норм. Не более определенным является в законопроекте определение «лиц, подвергшихся семейно-бытовому насилию». К таковым отнесен некий круг лиц (кстати, в него не включены любовники или сожители, не имеющие детей, в том числе однополые, если они не связаны свойством), которым вследствие «семейно-бытового насилия» (то есть вследствие «деяний, причиняющих или содержащих угрозу причинения физического и (или) психического страдания и (или) имущественного вреда») «причинены физические и (или) психические страдания и (или) имущественный вред или в отношении которых есть основания полагать, что им вследствие семейно-бытового насилия могут быть причинены физические и (или) психические страдания и (или) имущественный вред».

Оставим за скобками безграмотную рекурсивность данного определения. Обратим лишь внимание на то, что формулировка «есть основания полагать» является крайне неопределенной (характер, объем и т.п. подобных «оснований» не установлен), а формулировка «могут быть причинены … страдания» создает возможность для абсолютно произвольного применения определения, поскольку и физические, и психические страдания могут быть, разумеется, причинены кому угодно. Под указанное определение попадают потенциально вообще все люди без исключения. Под «нарушителем» законопроект понимает любое совершеннолетнее лицо, «совершившее или совершающее семейно-бытовое насилие», то есть, любое совершеннолетнее лицо, совершившее, как мы убедились выше, что угодно (в зависимости от субъективной оценки правоприменителя). Иными словами, «нарушителем» в соответствии с этими определениями может оказаться любой человек старше 18 лет. Это далеко не все примеры очевидной или скрытой правовой неопределенности норм законопроекта…

Теперь мои статьи можно прочитать и на Яндекс.Дзен-канале.

Понравился материал? Поделитесь им в соц.сетях!

Подпишитесь на рассылку

Один раз в день Вам на почту будут приходить материалы Николая Старикова, достойные внимания. Можно отписаться в любой момент.

Отправляя форму, Вы даёте согласие на обработку и хранениe персональных данных (адреса электронной почты) в полном соответствии с №152-ФЗ «О персональных данных».

Комментарии

НОВАЯ КНИГА
НИКОЛАЯ СТАРИКОВА

Николай Стариков: Закон о «насилии над семьей» защищает не женщину, а имущество

Законопроект «О профилактике семейно-бытового насилия», который в народе уже окрестили «законом о насилии над семьей», пробудил огромную дискуссию в нашем обществе. Десятки общественных организаций выступили с протестом против принятия этого законопроекта. По стране прошла волна митингов и пикетов с требованиями не допустить принятия закона, который разрушит наши семью.

В пятницу 29 ноября, на сайте Совета Федерации был выложен новый текст законопроекта, который мы сейчас попробуем проанализировать. Первоначальный текст был несколько изменен, и из него были убраны особо неприемлемые формулировки, такие как «сексуальное насилие», «половая свобода», «преследование». Однако то, что осталось, никак не может считаться законопроектом, который надо принимать и который принесет обществу пользу.

Слова из законопроекта ниже выделены курсивом, жирным шрифтом выделены слова, на которые мы будем делать акцент. Это нами сделано для улучшения понимания написанного в законопроекте.

Самым первым в глаза бросается статус планируемого законопроекта. Это — Федеральный закон. Т.е. это будет рамочный документ, на основании которого субъекты профилактики семейно-бытового насилия, перечисленные в статье 5, будут выполнять различные функции в рамках этого федерального закона. А список субъектов большой и состоит из 12 пунктов, начиная от органов МВД и заканчивая общественными объединениями и некоммерческими организациями.

Читайте так же:  Сколько действует ограничение родительских прав

То есть — все, кому не лень.

Но что интересно, статьей 7 «Полномочия федеральных органов государственной власти в сфере профилактики семейно-бытового насилия»

Федеральные органы государственной власти в пределах своей компетенции:

2) осуществляют нормативно-правовое регулирование в сфере профилактики семейно-бытового насилия;

Т.е. теперь федеральные органы смогут сами вводить и определять меры и способы по вмешательству в семейную жизнь. И общество никак не сможет это ни контролировать, ни обсуждать, ни воздействовать. Потому, что законы будут приниматься без общественных обсуждений. И не известно, что и как будет в этих законах прописано.

Давайте подробно рассмотрим основные понятия предлагаемого Федерального закона.

Статья 2. Основные понятия

семейно-бытовое насилие — умышленное деяние, причиняющее или содержащее угрозу причинения физического и (или) психического страдания и (или) имущественного вреда, не содержащее признаки административного правонарушения или уголовного преступления;

Немаловажная вещь – лоббисты этого законопроекта всегда говорят, что он поможет спасти женщин от избиения и побоев. Как же с этими «благими пожеланиями» стыкуется фраза в законе что семейное насилие, это деяние… «не содержащее признаки административного правонарушения или уголовного преступления». Погодите, от какого же насилия вы собираетесь защищать женщин, если это не уголовное деяние, и даже не административное правонарушение?

Схема, которую рисуют обществу лоббисты такова: женщину бьют, её надо защитить. Но в проекте закона прямо написано, что защищать будут только от «имущественного вреда», ведь избиение или нанесение телесных повреждений уже сегодня относится к действиям, классифицированным в КОАП и УК!?

Так зачем нужен новый закон, если он будет защищать только имущество, а не самого человека?!

Идем дальше. Что такое это странное семейно-бытовое насилие, описанное, как имущественный вред? Кто может объяснить понятие «имущественного вреда» внутри семьи? Муж пил чай из кружки жены, это имущественный вред? Муж не купил жене сапоги или шубу — это имущественный вред? Жена разбила машину мужа – этой имущественный вред? Мама не дает ребенку компьютер или смартфон, потому что ребенок не хочет делать уроки, а хочет играть в электронный девайс – это имущественный вред? Непонятно. А вот это непонятное толкование и будет подводиться под формулировку семейно-бытовое насилие.Представляете, какие огромные возможности для различных злоупотреблений?

Читаем закон дальше:

лица, подвергшиеся семейно-бытовому насилию – супруги, … и т.д. …. в отношении которых есть основания полагать, что им вследствие семейно-бытового насилия могут быть причинены физические и (или) психические страдания и (или) имущественный вред;

Что значит, «могут быть причинены»? Почему при рассмотрении дело самообороне, когда жертва сталкивается с превосходящей силой и агрессией нападающих, суд в массе своей выносит обвинительные приговоры обороняющимся, с формулировкой «превышение мер самообороны»? А ведь суд не считается с тем, что обороняющемуся мог быть причинен физический вред, когда парень защищает свою девушку от пятерых нападающих на улице или отец семейства защищает свою семью от бандитов, проникших к нему в квартиру или дом? А по этому законопроекту сразу будут наказывать за ВОЗМОЖНЫЕ действия!

нарушитель — лицо, достигшее восемнадцати лет, совершившее или совершающее семейно-бытовое насилие;

А почему в законе виновны могут быть только совершеннолетние? У нас в стране что, нет детских колоний, где находятся даже малолетние убийцы? А если такое «чадо» будет тиранить мать или опекунов – бабушку и дедушку (при отсутствии родителей)? А если это семнадцатилетний наркоман, который запугал и держит в страхе свою семью? Он по этому закону не подлежит ответу? Странно как-то….

[3]

И в этой версии законопроекта законодатели никак не смогли обойтись без введения обязательного атрибута ювенальной юстиции — защитного предписания.

Статья 24. Защитное предписание

Защитное предписание выносится в отношении лица, достигшего на момент его вынесения восемнадцати лет. Защитным предписанием нарушителю может быть запрещено:

1) вступать в контакты, общаться с лицом (лицами), подвергшимся (подвергшимися) семейно-бытовому насилию, в том числе по телефону, с использованием информационно-телекоммуникационной сети «Интернет»;

2) предпринимать попытки выяснять место пребывания лица (лиц), подвергшегося (подвергшихся) семейно-бытовому насилию, если это лицо (лица) находится (находятся) в месте, неизвестном нарушителю.

Итак, лицо, получившее защитное предписание не имеет право общаться с членами своей семьи и, внимание, лишается возможности договориться между членами семьи после конфликта. Оно не дает возможности прийти к взаимопрощению и согласию членов семьи. Потому, что за нарушение защитного предписания ведет к КОАП и УК РФ.

Но самое главное, за всеми этими красивыми словами, родителям запрещается искать своих детей, которых заберут органы опеки или НКО, которые посчитали, что детям может (мы уже это разобрали выше) угрожать семейно-бытовое насилие в виде угрозы забранного телефона (про имущественный вред мы тоже писали выше)!

А в судебном защитном предписании ко всему этому ещё и добавляется требование:

2) покинуть место совместного жительства или место совместного пребывания с лицами, подвергшимися семейно-бытовому насилию, на срок действия судебного защитного предписания при условии наличия у нарушителя возможности проживать в ином жилом помещении, в том числе по договору найма (поднайма), договору найма специализированного жилого помещения либо на иных основаниях, предусмотренных законодательством Российской Федерации;

И тут тоже возникает множество вопросов – как определить есть ли возможность у нарушителя пребывать в ином жилом помещении? Что делать, если такой возможности нет, то оставить нарушителя в этой же семье? А в чем же тогда смысл этого закона? Что за специализированное жилое помещение? На основании какого закона, нарушителя обяжут снять это помещение, ведь у нас запрещено навязывать платные услуги? Вопросов много, а ответов нет….

Мы будем и дальше внимательно следить за развитием ситуации и обязательно информировать обо всех новостях по данному законопроекту.

Видео (кликните для воспроизведения).

Который нельзя ни в коем случае принимать, так как его конечной целью является нанесение удара по институту семьи, а не защита кого-либо от насилия.

Источники

Литература


  1. ред. Суханов, Е.А. Том 1. Гражданское право. Общая часть; М.: Волтерс Клувер; Издание 3-е, перераб. и доп., 2013. — 720 c.

  2. Исаков, Владимир Теория государства и права 3-е изд., пер. и доп. Учебник для бакалавров / Владимир Исаков. — М.: Юрайт, 2016. — 830 c.

  3. Скрынник, А. М. Правоведение / А.М. Скрынник. — М.: Мини Тайп, 2013. — 352 c.
  4. Егиазаров, В.А. Транспортное право: Учебник; М.: Юстицинформ; Издание 5-е, доп., 2012. — 552 c.
  5. Трудовое право; Юнити-Дана — Москва, 2010. — 504 c.
Закон о насилии над семьей
Оценка 5 проголосовавших: 1

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here