Статистика отказов от детей в россии

Статистика отказов от детей в россии

Отказ от ребенка — это не всегда добровольное решение матери. В нашей стране это часто вынужденный выбор женщины, на который она идет из-за комплекса причин — экономических, социальных и психологических. Нехватка денег, давление партнера или родителей, и только очень редко — сознательный выбор.

Смотрите также статьи:
О профилактике:

Диана Зевина

« Моя задача — не отговорить от отказа, а помочь принять осознанное решение. В первые дни после родов организм женщины в стрессе, а ей нужно трезво оценить ситуацию, из-за которой она решила отдать ребенка. Она может не знать о вариантах поддержки: про материнский капитал, про благотворительные фонды. С мамой надо обсудить приют, материальную поддержку, помощь волонтеров. Мы занимаемся поддержкой «сложных» мам после выписки, это важнее всего. Психологи уверены, что отказ от новорожденного гораздо опаснее для его здоровья и дальнейшей жизни, чем изъятие из семьи в более взрослом возрасте, даже если оно все-таки произойдет. Первые два-три года — самый важный этап в жизни человека, тогда темпы развития наиболее высоки. Большинство детей, от которых мамы передумывают отказаться в роддоме, остаются в своих кровных семьях насовсем. Привязанность мамы и ребенка может сформироваться даже в самых сложных условиях.

Обычно у меня есть час, чтобы поговорить с женщиной. Я спрашиваю, видела ли она ребенка? На кого он похож? Выбрала ли имя? Если да, то скорее всего не откажется — она уже подумала о ребенке, как о человеке, которому есть место в ее жизни. »

Как показывает практика благотворительного фонда «Волонтеры в помощь детям-сиротам», в результате часового разговора с психологом предотвращаются до 40% отказов. Но беседа с психологом в роддомах не является обязательной процедурой, она может состояться только по приглашению медперсонала, который принимает это решение самостоятельно. По словам президента фонда Елены Альшанской, в регионах профилактика отказов в роддомах ведется изредка, по отдельному госзаданию городским службам психологической помощи населению. Постоянная работа не налажена нигде.

Формально в родильных отделениях есть ставка медицинского психолога. Но, по словам Альшанской, в должностных обязанностях психолога в роддоме просто нет профилактики отказов — во всем мире ею занимается социальный или семейный, а не медицинский, психолог.

Справка:

В течение 6 месяцев женщина, отказавшаяся от ребенка в роддоме, может изменить свое решение и забрать ребенка. Если она этого не сделала, то ребенка могут отдать в другую семью на воспитание или усыновление. Любой из членов семьи биологической матери может оформить опекунство над отказным новорожденным ребенком.

Типичные причины и ситуации
отказа от ребенка*:

Примерно половина всех матерей, отказывающихся от детей — трудовые мигрантки

Это не обязательно женщины из Средней Азии. Их процент совсем невелик. Много внутренних мигранток— из регионов России. Например, женщина приехала из Костромы, работает в Москве пять лет, официально трудоустроена и платит налоги, которые идут в московский бюджет какой-то частью. Но в случае сложной жизненной ситуации в государственный приют ее с ребенком здесь не поместят, потому что у нее нет регистрации. Такие женщины не знают о вариантах поддержки, о благотворительных фондах. Многие из них приехали в Москву на заработки, чтобы прокормить старших детей, оставшихся дома на попечении родственников. Они боятся, сохранив младшего ребенка, оставить старших без средств к существованию.

Больше половины отказов этой категории — это отказы от второго и последующих детей.

Около 20% — выпускницы детских домов

Это девушки разных возрастов, но они не представляют себя в роли матери и решают, что ребенку будет лучше в приюте. Психолог должен рассказать о том, что ребенку будет лучше с ней, сообщить о вариантах поддержки, попытаться убедить в том, что она не одинока, и ей помогут.

Примерно 15% — женщины с зависимостью

Наркомания, алкоголизм. Как правило, приюты и центры временного проживания не берут таких мам. Хотя среди них есть те, кто готов лечиться и реабилитироваться, но государство этим не занимается.

7-8% — забеременевшие в результате изнасилования

Женщина не всегда говорит о том, как забеременела, так что трудно быть точными в подсчете. В такой ситуации психологу важнее всего разрушить миф об изначальной материнской любви и привязанности к ребенку. У любой мамы это процесс, который формируется постепенно. У социально неблагополучных мам он очень сложный.

Другие причины отказа:

«Мама сказала»

Истории, когда отказаться от ребенка девушку просят ее родители, случаются очень часто. Тут психолог говорит с девушкой о том, что это — не отказ от ребенка, а отказ семьи от нее самой. Последствие распада семейных связей. В Европе роль большой семьи могут играть социальные службы. У нас социальные службы тоже есть, но они слабы, и их поддержки может быть недостаточно.

Женщины, которые психологически никак не настроены на материнство

Это может быть следствием серьезных психологических проблем. При этом женщина может быть социально благополучной и успешной, но ребенок ей не нужен. Такие отказы предотвратить чаще всего не удается. Тут важно «проверить» бабушек и других родственников — они могут взять ребенка.

Особый отказ.
Почему отказываются от детей-инвалидов?

Для психики мамы рождение ребенка-инвалида сравнимо со смертью ребенка. Вместе с постановкой тяжелого диагноза умирают естественные ожидания женщины, касающиеся ее будущей жизни. Мать немедленно представляет, что ее дочь в день своего выпускного бала не вертится перед зеркалом в платье, а лежит парализованная и несчастная; что они вместе никогда не пойдут в парк, в кино и по магазинам; что такое материнство сломает ее — матери — женскую судьбу. Тут должен появиться специалист с рассказом о том, что картинки эти — стереотипны. А любые стереотипы можно и нужно разрушать. Но пока еще стереотипы побеждают.

Читайте так же:  Дети с папой после развода
Статистика:

родителей детей-инвалидов в России услышали
предложение отказаться от ребенка в роддоме

по данным Совета при правительстве по вопросам попечительства в социальной сфере. Российские врачи усиленно «защищают» маму от ее ребенка-инвалида, обрекая малыша на детдом.

Экспертное мнение:

Наталья Баранова

« Многое зависит от того, какими словами маме в первый раз сообщают о диагнозе ребенка. В девяностые, когда мы с коллегами начинали работать, 95 % мам в Петербурге отказывались от детей с синдромом Дауна. Мы анкетировали мам в разных городах. Помню, что мне казалось, будто отвечает все время одна и та же мама, побывавшая у одного доктора. «Он никогда не будет ходить, говорить и вас узнавать» — стандартная фраза, не имеющая никакого отношения к симптоматике синдрома. Ведь все дети с синдромом Дауна ходят и разговаривают.

Мы начали проводить ролевые тренинги для врачей из роддомов. Потом вывезли этих же врачей в наши детские дома-интернаты для инвалидов. Я помню ужас этих людей. Они увидели, на что обрекали детей. На этот совершеннейший ад, о существовании которого сейчас, слава богу, хотя бы заговорили. А потом мы повезли их в Финляндию — посмотреть на взрослых людей с синдромом Дауна, которые там нормально работают и вступают в браки. Комплекс мер всегда работает. Сейчас от детей с синдромом отказываются только 40% мам. »

Алена Синкевич

« В моей практике был такой случай: в социально крепкой семье родился ребенок с волчьей пастью и заячьей губой. Это выглядит очень страшно. Мама, увидев ребенка, пугается и рисует себе картинку, как она выходит из роддома, а на руках у нее не симпатичный розовый младенец, а ребенок с такими пороками. Мы всего-то сказали им, что будем оплачивать этапы операции и оплатили первый этап, а дальше им уже ничего не понадобилось — они попали в обойму, все узнали, сами получили бесплатное лечение. Людям просто нужно было помочь на первом этапе, потому что они были в шоке. В цивилизованном обществе к таким родителям приходит профессионал, не только психолог, но и эрготерапевт, который скажет: «Не волнуйтесь, когда вам будет шесть месяцев, вы сделаете одну операцию, в 20 месяцев другую, а потом еще третью, к 18 годам у вас будет ребенок без всяких последствий». Нужно, чтобы кто-то помог родителям вычертить этот путь. »

Что делать?*

Все начинается в роддоме

Сообщать о диагнозе надо не только маме, но всей семье. Ведь женщина с этой информацией и в шоковом состоянии идет к мужу, к родственникам. А у тех свои мифы — например, популярная теория о том, что это мать всегда виновата, если родился ребенок-инвалид.

Врачи в роддоме не могут и не должны давать никаких прогнозов и жестких рекомендаций

Нужна только адекватная информация о нарушениях или диагнозе. Потому что никто никогда не знает заранее, как и до какого уровня может развиться ребенок.

Главный вопрос — что делать после выписки из роддома?

Как быть маме с особыми потребностями ребенка-инвалида?

Маму и ребенка нужно сразу включать в систему раннего вмешательства. Это кабинет или несколько кабинетов в поликлинике, в каждом районе города. Междисциплинарная команда, состоящая из педиатра, психолога, логопеда и физического терапевта, должна «вести» их с первых дней после выписки из роддома. Так мама никогда не останется наедине с проблемой.

Без участия служб раннего вмешательства государство вспомнит о ребенке-инвалиде только через три года, когда можно будет говорить о коррекционном детсаде, а до этого маме предлагается только один «способ помощи» — «сдать» ребенка в детский дом. Пока что службы раннего вмешательства в стране существуют фрагментарно, в некоторых регионах. На федеральном уровне система не выстроена.

http://neodin.takiedela.ru/wiki/text_popup11.html

Статистика усыновлений и отказов от детей в России и мире. Справка

Американская сторона 29 апреля получит проект межправительственного договора с РФ об усыновлении, который будет рассматривать две недели, а основные переговоры по этому вопросу состоятся 12 мая в Москве, сообщил РИА Новости уполномоченный при президенте РФ по правам ребенка Павел Астахов.

Кроме того, 29 апреля в штате Пенсильвания пройдут предварительные слушания по делу о гибели в США усыновленного российского мальчика Ивана Скоробогатова, сообщила РИА Новости по телефону представительница офиса окружного прокурора округа Йорк штата Пенсильвания.

На 1 января 2009 г. в России число детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, составляло 681 301 ребенок, в том числе в условиях институционализации (система учреждений для детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей) – 151 771 ребенок (на учете в региональных банках данных), что составляет 22% в общей численности детей.

На воспитании в семьях состояли 529 530 детей (78%), в том числе:
– под опекой и попечительством – 331 407 детей (без учета добровольно переданных родителями под опеку – 48 001), в том числе посторонние граждане – 53 437 – 14%;
– в приемной семье – 55 326 детей (число приемных семей – 32 646);
– на усыновлении – 142 797 детей, в том числе в иностранных семьях – 42596 – 30%;
– на других формах – 5363 детей (число патронатных семей – 3 165). До 1 сентября 2008 г. эти дети числились в контингенте детского дома.

При этом субъекты РФ указали итоговую численность детей, выявленных и учтенных на конец 2008 г., – 670 469 детей.

В 2008 г. общее количество детей, усыновленных иностранными гражданами, составило 4,1 тысяч человек, российскими гражданами – 9,1 тысяч детей.

Распределение усыновления по возрастам детей (данные за 2008 г.):
– до года: российские граждане – 5 421 ребенок, иностранцы – 235 детей;
– от года до трех лет: российские граждане – 1 908 детей, иностранцы – 2 301;
– от трех до семи лет: российские граждане – 1 072 ребенка, иностранцы – 1 184;
– старше семи лет: российские граждане – 647 детей, иностранцы – 405.

Распределение усыновлений иностранными гражданами по странам:
США – 1 773 ребенка, в том числе 97 детей-инвалидов;
Испания – 904 ребенка, в том числе 37 детей-инвалидов;
Италия – 496 детей, в том числе 35 детей-инвалидов;
Франция – 325 детей, в том числе 10 детей-инвалидов;
Германия – 188 детей, в том числе 21 ребенок-инвалид;
Ирландия – 113 детей, в том числе 2 ребенка-инвалида;
Израиль – 92 ребенка, в том числе 2 ребенка-инвалида;
Канада – 63 ребенка, в том числе 2 ребенка-инвалида;
Финляндия – 36 детей, в том числе 4 ребенка-инвалида;
Великобритания – 24 ребенка;
Бельгия – 21 ребенок, в том числе 2 ребенка-инвалида;
Швеция – 9 детей;
Новая Зеландия – 8 детей;
Государства, входящие в СНГ – 6 детей;
Другие государства – 67 детей, в том числе 1 ребенок-инвалид.

Читайте так же:  Какие документы подают на раздел имущества

В России ежегодно происходит 10-11 тысяч случаев отказа от детей. Всего родильных домов и отделений в нашей стране 2 245. Получается, что на один родильный дом приходится чуть больше пяти отказов.

По сообщению мэра Москвы Юрия Лужкова, в 2009 г. в столичных роддомах были оставлены более 450 детей, две трети из которых – дети приезжих из регионов России и стран ближнего зарубежья.

Мировой опыт

В большинстве развитых и среднеразвитых стран Европы, Америки, Юго-Восточной Азии и Австралии система защиты прав детей основана на осуществлении единого процесса работы с каждым ребенком, планировании и пересмотре мер защиты его прав единственным органом защиты прав с обязательным привлечением специализированных социально-педагогических служб и установленных законом процедур.

Согласно стандартам, утвержденным Советом Европы, такая работа обязана учитывать приоритет оставления ребенка в биологической семье и содержать меры по сохранению семьи для ребенка, а если это не возможно, то должна быть направлена на семейное устройство ребенка. Недопустима институциализация ребенка, под которой понимается помещение ребенка в учреждение, размещающее более 12 воспитанников на срок более полугода.

Поэтому в США приюты имеют право содержать детей не более 30 дней, а в Англии, Германии, странах Скандинавии, в Южной Корее, Австралии, на Филиппинах и в других странах, детский дом не может опекать более 5-10 детей. Это связано с научно обоснованной губительностью длительного содержания детей в учреждениях в условиях отсутствия единичной привязанности и эмоциональной связи со значимым взрослым, что приводит к недоразвитию различных отделов и коры головного мозга при институциализации в первые три года жизни, а также к растущей задержке психического развития, социально‑педагогической запущенности, агрессивности или невротизации детей при длительном содержании в детских домах в более старшем возрасте.

Там создали систему замещающих семей (fosters-family). Сейчас в развитых странах 90% сирот живут в таких семьях.

По данным члена исполнительного комитета проекта по созданию международных программ усыновления Children in families Рене Уоллиса, в США ежегодно выявляют 70-80 тысяч новых сирот, а в очереди стоят 150 тысяч желающих усыновить ребенка. При этом в год американцы усыновляют 80 тысяч «своих» сирот и 20 тысяч детей из других стран.

[2]

В столице Франции число детей, подлежащих усыновлению, за год не превышает 50 человек. В то время как право на усыновление ребенка ежегодно получают около 700 человек. Именно поэтому многочисленные супружеские пары, получившие право усыновить ребенка, вынуждены искать детей для усыновления за рубежом.

[1]

Ежедневно во Франции усыновляют (удочеряют) двух французских детей и одиннадцать детей иностранного происхождения.

В Германии, Чехии, Швейцарии, Венгрии, Австрии, Италии, Польше и Японии развита система «окон жизни», в которых женщины, добровольно отказывающиеся от своих детей, могут оставить малышей. Такое «окно» представляет собой небольшой бокс или нишу в стене монастыря, госпиталя или социального учреждения, оборудованную под детскую колыбель (отсюда еще одно название – «колыбель жизни»). «Окно» открывается снаружи таким образом, что обитатели дома не могут видеть, кто и когда кладет ребенка внутрь. «Колыбель» оборудована датчиками, реагирующими на открытие крышки, сдвиг кроватки или механическое давление на нее – в разных странах разные технологии.

В Германии «окон жизни» более 90. По данным на декабрь 2009 г., за 10 лет существования в «окнах жизни» было оставлено около 500 детей.

В Японии по данным на январь 2010 г., всего с момента создания в «колыбели аиста» был оставлен 51 ребенок. Из них 43 были в возрасте до месяца, шесть – от месяца до года и два – старше года.

(Медицинская газета, 28.01.2010)

По сведениям Национальной Ассоциации приемных и патронажных семей Италии, ежегодно в этой вполне благополучной стране брошенными оказываются 400 новорожденных, и каждый год эта цифра увеличивается на 10%.

Материал подготовлен на основе информации открытых источников

http://ria.ru/amp/20100429/227818989.html

Представители НКО рекомендуют Минздраву расширить статистику по отказам от новорожденных

Совет по вопросам попечительства в социальной сфере считает необходимым собирать большее количество данных о новорожденных, от которых отказались родители. Участники заседания совета, состоявшегося 17 октября, обратились к Министерству здравоохранения РФ с просьбой включить дополнительные вопросы в медицинскую карту и анкету новорожденного, которые позволят проанализировать причины отказов и усовершенствовать их профилактику.

По данным отраслевой статистической отчетности, число новорожденных, от которых отказались матери, уменьшилось с 5687 в 2012 году до 5038 в 2013. Процент отказов снизился с 0,3% от числа родившихся до 0,26%, сообщила директор Департамента медицинской помощи детям и службы родовспоможения Министерства здравоохранения РФ Елена Байбарина.

«Эта цифра высока, работу по профилактике надо активизировать», — отметила Елена Байбарина.

Самые высокие показатели отказов в России зафиксированы в Хабаровском крае (1,9%), Алтайском крае (0,72%), Иркутской области (0,87%) и Челябинской области (1,86%). Нулевые показатели традиционно в южных республиках — Ингушетии и Чечне, низкий процент отказов в Мордовии, Бурятии, Белгородской области.

Директор Благотворительного фонда профилактики социального сиротства Александра Марова привела другую статистику отказов, которую ведет Министерство образования и науки: 6230 детей за 2012 год и 5757 за 2013 год.
«Есть снижение и по тем, и по другим данным, но оценить динамику пока сложно. Статистика ведется только последние два-три года», — отметила Александра Марова.

По ее словам, хорошо в сфере профилактики отказов от новорожденных работает Новосибирская область, где выстроена системная работа в связке с НКО. Кроме того, есть финансирование программы со стороны регионального бюджета.
По мнению эксперта, необходимо определиться, что считать целевой группой в сфере профилактики отказов.

‘Есть некоторая мешанина. Регионы делают социальные гостиницы, проводят тренинги ответственного родительства и все это называют профилактикой отказов новорожденных. С чего мы взяли, что беременные, посещающие тренинги, собрались отказываться от детей? То же самое касается малообеспеченных, многодетных, несовершеннолетних. Ничего подобного. Отказываются и социально-благополучные женщины», — говорит Марова.

Читайте так же:  Куда подавать заявление на алименты после развода

Определение целевой группы нужно для того, чтобы отслеживать эффективность программ профилактики и расход бюджетных средств, поскольку под эту деятельность выделяются субсидии и гранты.

По словам президента Благотворительного фонда «Волонтеры в помощь детям-сиротам» Елены Альшанской, данные по отказам в настоящее время «куцые». В журнал отказов, по мнению Альшанской, необходимо включить социальные характеристики матери и медицинские характеристики ребенка, например, причину отказа, гражданство матери, наличие заболевания у ребенка.

Кроме того, как считает эксперт, необходимы данные, например, о том, какое количество случаев профилактики отказов случилось в женских консультациях.

«Наш опыт показывает, что те, кто совершает отказ, не посещают женские консультации во время беременности. У меня есть подозрение, что с другими вопросами женщины ходят в кабинеты медико-социальной помощи», — отмечает президент Благотворительного фонда «Волонтеры в помощь детям-сиротам».

В настоящее время в 792 женских консультациях организованы кабинеты медико-социальной помощи, около тысячи женских консультаций имеет психолога. В регионах функционируют 385 центров медико-социальной поддержки беременных, куда в 2013 году обратились 202 тыс. женщин.

http://www.asi.org.ru/news/2014/10/17/predstaviteli-nko-rekomenduyut-minzdravu-rasshirit-statistiku-po-otkazam-ot-novorozhdennyh/

«Статистика предательства» в приемных семьях

О профилактике вторичного сиротства и других социальных проектах благотворительного фонда Аmway «В ответе за будущее» +1 поговорил с Президентом Фонда Анной Сошинской.

Анна Сошинская
Фотография предоставлена ООО «Амвэй»

— Через собственный фонд Аmway реализует три основные социальные программы: «С любовью к детям», «Мама-предприниматель», «С заботой о природе». Почему был сделан именно такой выбор?

— Каждая программа связана либо со стратегией компании в мире, либо с областью нашей экспертизы в России и имеет тройную ценность: лояльность, устойчивость и вера в человеческий потенциал. Например, «С любовью к детям» — это наше стратегическое решение. Amway — частная семейная компания, и понятие «семья» является ценностью нашей корпоративной культуры. В России мы сосредоточились на профилактике вторичного сиротства. Проблема крайне актуальная и требует непростого решения. Не обладая нужными компетенциями и опытом, родители берут детей в семьи, не справляются и возвращают их обратно в сиротские учреждения. У нас в стране, по статистике, возвращают примерно каждого десятого ребенка.

— А чем можно объяснить такую статистику отказов?

Видео (кликните для воспроизведения).

[3]

— Когда ребенок попадает в приемную семью, первый год, во время которого идет адаптация, самый сложный — и для него, и для родителей. Когда мы выбирали программу, началось активное усыновление детей российскими гражданами, количество опекунов тоже резко возросло. И тут возникли проблемы, потому что государство, с одной стороны, стимулировало семьи к усыновлению, а с другой — не успело подготовить родителей к тем трудностям, с которыми они столкнутся. К сожалению, очень часто происходят возвраты при родственной опеке. Родственники не проходят специальную школу приемных родителей, она обязательна только для неродных опекунов и приемных семей. Из-за этого возникает много проблем. Получилось, что для всех счастье таким колючим оказалось.

— Каким должно быть здесь системное решение?

— Мы даем гранты на поддержку таких семей, в том числе, на профессиональную помощь психологов, педагогов, логопедов, нейропсихологов и дефектологов. Даем гранты организациям, которые на постоянной основе работают с такими семьями. Это уже более 100 партнеров — и НКО, и государственных. В прошлом году к нашему конкурсу грантов мы добавили «закрытую» часть, в которой участвуют только экспертные организации. Они получают гранты на обучение и передачу опыта другим регионам. Как я уже говорила, по статистике органов соцзащиты, 10% детей переживают повторный отказ семьи, и их возвращают обратно в детдом. А в семьях, которые прошли нашу программу, возвраты составляют менее 1-1,5%.

Занятие с логопедом в СР ОО «Аистенок» в Екатеринбурге
Фотография предоставлена ООО «Амвэй»

— Если говорить о поддержке предпринимательства, как она связана со стратегией и ценностями компании?

— Программа «Мама-предприниматель» непосредственно отражает нашу профессиональную экспертизу. Бизнес-модель Amway работает по принципу прямых продаж, фактически — это бизнес, основанный на человеческих отношениях. Для нас люди являются стратегическим ресурсом и потенциалом. И большинство наших дистрибьютеров — это индивидуальные предприниматели, которые стремятся получить дополнительный доход, что очень актуально в наше кризисное время, или начать свой собственный бизнес. Развитие малого бизнеса — это понятная для нас область, мы знаем нужды этих людей.

Участницы программы «Мама-предприниматель»
Фотография предоставлена ООО «Амвэй»

— Могли бы сформулировать, в чем заключается «ноу-хау» программы?

— Мы не ставили задачу обучить как можно больше женщин и сделать из них предпринимателей. Задача была — показать, что карьера может быть не только в работе по найму. Для женщин время отпуска по уходу за маленькими детьми — это отличный период попробовать новое. И потенциал в это время очень большой. Мы организовали бесплатное обучение основам индивидуального предпринимательства для женщин. С самого начала интерес был огромным. В некоторых городах у нас был просто нереальный конкурс в группу. У участниц были интереснейшие проекты и экономические идеи. Мы начали сотрудничать с региональными властями, а затем с ассоциацией малого и среднего бизнеса «Опора России», а также с Федеральной корпорацией по развитию малого и среднего предпринимательства. Это беспрецедентная история партнерства бизнеса с государственными и общественными организациями. Программа получила федеральный охват. Мне кажется, это достойный кейс, который год от года набирает популярность. Наши планы — охватить 20-35 городов России.

Вручение сертификатов программы «Мама-предприниматель»
Фотография предоставлена ООО «Амвэй»

— Что для вас лично значит участие в благотворительности, что поменялось в вашей жизни?

— Самое главное: четыре месяца назад мы взяли в семью приемную девочку. До этого у нас было четверо детей, а теперь вот появилась пятая дочка — Наташа, ей четыре с половиной года. А мой муж в какой-то момент вдруг понял, что не хочет больше работать в крупных корпорациях и готов начать свой небольшой экологический бизнес. Так что по всем параметрам жизнь изменилась очень серьезно.

С мужем и дочкой Наташей
Фотография из личного архива

http://plus-one.rbc.ru/society/statistika-predatelstva-v-priemnyh-semyah

Сирот в России стало втрое меньше

Число детей-сирот в России за 10 лет сократилось более чем втрое: со 187 тыс. до 51,8 тыс. Эксперты отмечают, что здоровых малышей в сиротских учреждениях практически не осталось. Однако в последние три года в детских домах становится меньше и инвалидов, в том числе с такими серьезными диагнозами, как ДЦП и синдром Дауна.

По информации из федерального банка данных о детях-сиротах и детях, оставшихся без попечения родителей, сейчас в России 51,8 тыс. детей, не устроенных в семью. Это на 4,2% меньше, чем в октябре 2016 года. Всего за десять последних лет численность детей-сирот сократилась более чем в три раза (со 187 тыс. человек в 2006 году). Об этом «Известиям» рассказал руководитель портала «Усыновите.ру» (онлайн-версия государственного банка данных о детях) Армен Попов.

Он уточнил, что за семь месяцев этого года было выявлено 29,9 тыс. детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, а устроено на воспитание в семьи 42,6 тыс. То есть семью нашли в полтора раза больше детей, чем ее лишились.

Тенденция к сокращению количества детей в сиротских учреждениях наметилась пять лет назад. Например, с 2013 по 2014 год банк данных о детях стал меньше на 12,4 тыс. человек.

По мнению Армена Попова, такого результата удалось добиться благодаря целенаправленной госполитике и изменению отношения общества к приемной семье. Он отметил, что появляется всё больше семей, готовых взять ребенка даже с таким диагнозом, как детский церебральный паралич (ДЦП). Например, московская семья Княгининых воспитывает семерых приемных, среди которых есть ребенок с ДЦП. В этом году она стала одним из лауреатов московской городской премии «Крылья аиста», которая учреждена столичным департаментом труда и социальной защиты населения за вклад в развитие семейного устройства детей-сирот.

Армен Попов рассказал, что в московском банке данных 55% детей-инвалидов, а 75% — подростки 16–17 лет. Но в последние годы наблюдается стойкая тенденция — дети-инвалиды всё чаще покидают детские дома и оказываются в семьях. Так, в столице с 2013 по 2016 годы число детей с ограниченными возможностями здоровья, устроенных в семью, увеличилось с 58 до 211 человек.

— Мы замечаем, что приемные семьи всё чаще берут детей с синдромом Дауна. Для меня это было вопросом, но в процессе общения с родителями я понял, почему они так делают. Это дети, особенно «отдающие» эмоционально, если так можно выразиться. Им делаешь добро — они платят тем же. Недаром их называют «солнечными» детьми, — пояснил Армен Попов.

По данным федерального банка данных о детях-сиротах, в 2016 году были усыновлены или взяты под опеку 1863 ребенка с ОВЗ. А по информации Росстата, численность детей-инвалидов, воспитывающихся в детских домах, начала уменьшаться в 2013 году (минус 11,6%). В следующие два года темпы снижения составили 20,6% и 13,5%. А в 2016 году — 3,9%.

Первый зампред комиссии по поддержке семьи, материнства и детства Общественной палаты РФ Юлия Зимова рассказала «Известиям», что больше всего детей-инвалидов усыновляют и берут под опеку жители больших городов. Здесь лучше развита инфраструктура, выше выплаты и пособия для приемных семей. Также много приемных родителей на юге страны — среди людей, проживающих в частных домах, имеющих свои земельные участки.

По мнению президента фонда «Волонтеры в помощь детям-сиротам» Елены Альшанской, детдомовцев в России становится меньше, так как всё реже происходит лишение родительских прав. По данным Росстата, с 2009 по 2016 годы число матерей и отцов, у которых забрали детей, сократилось с 72 тыс. до 41,3 тыс. человек.

— Сотрудники служб опеки стали вести себя осторожней. Но этого недостаточно, — считает Елена Альшанская. — К сожалению, они не имеют профессиональной подготовки, основываются на субъективном решении и не сотрудничают с организациями, которые могли бы предложить помощь семье.

Кроме того, снижается количество отказов от младенцев в роддомах. Здесь играет роль создание региональных служб профилактики отказов от новорожденных. По статистике «Усыновите.ру», с 2013 по 2015 годы с 5,8 тыс. до 4,4 тыс. сократилось количество детей, оставленных матерями при рождении.

http://iz.ru/655401/nataliia-berishvili/za-god-detdoma-opusteli-na-42

В России за прошлый год оказались брошенными около 3 тысяч новорожденных детей

В России подсчитали число брошенных новорожденных детей. По данным уполномоченного по правам ребенка при президенте России Анны Кузнецовой, в перинатальных центрах было оставлено матерями тысячи малышей

В России подсчитали число брошенных новорожденных детей в прошлом году. По данным уполномоченного по правам ребенка при президенте России Анны Кузнецовой, в перинатальных центрах было оставлено матерями около 3 тысяч малышей.

Если называть точные цифры, то брошенными в 2018 году оказались 2889 новорожденных детей.

При этом, отметила Анна Кузнецова, число оставленных матерями детей снизилось на 22% по сравнению с прошлыми годами. В 2018 году в федеральном банке данных числилось более 47 тысяч сирот, сообщает ТАСС.

http://og.ru/news/104614

Тревожная участь отказных малышей

Десять и более лет назад отказ от ребенка в роддоме воспринимался как событие из ряда вон выходящее. Сегодня это стало обычным делом, почти рутиной. Число отказов от детей в роддомах по всей России растет с каждым годом.

А случаи, когда матери подкидывают новорожденных к медицинским учреждениям, уже мало кого шокируют.

Например, в Пермском крае, по данным уполномоченного по правам ребенка в регионе, каждый седьмой ребенок-сирота является отказным. По цифрам Госкомстата, в 2008 году в России было зарегистрировано 670 469 детей, оставшихся без попечения родителей.

В их числе – несколько сот тысяч младенцев, от которых матери отказались сразу после их рождения. Причины отказа от детей в роддомах президент благотворительного фонда «Волонтеры в помощь детям-сиротам» Елена Альшанская делит на объективные и субъективные.

Кризис только усугубил печальную картину, считает она. «Число матерей, которые отказываются от новорожденных в роддомах, с каждым годом, увы, только увеличивается, – рассказала Елена Альшанская «Правде.Ру». – К объективным причинам относится отсутствие условий для воспитания ребенка.

Так, многие отказницы – очень молоденькие мамы, от 16 до 22 лет, часто они рожают вне брака. Еще не получив профессию, без собственной крыши над головой. А их родители не готовы заботиться о внуках. Если говорить о Москве, среди отказниц – большой процент приехавших на заработки.

У них нет условий, чтобы растить ребенка в столице, а домой этим мамам мешает вернуться страх остаться без работы и средств к существованию. От детей стали отказываться женщины из Средней Азии, хотя раньше такого не было. Это в корне расходится с их обычаями.

Кроме объективных причин отказа от ребенка есть и субъективные. Часто на таком решении сказывается специфика отношения той или иной женщины к ребенку и к собственному материнству.

Если у женщины есть собственный опыт социального сиротства, реального или «скрытого» (например, ее воспитывали бабушка с дедушкой, пока родители работали в другом городе), она с большой долей вероятности откажется от своего ребенка.

Особая категория детей – это малыши, от которых родители отказываются, потому что они не оправдали их ожиданий: не родились здоровыми и красивыми».

Есть ли у малышей-отказников шансы на усыновление в непростое экономическое время? Какое будущее их ждет?

Согласно опросу одного из российских социологических центров, россияне приветствуют усыновление детей только в теории. То есть больше половины (56 процентов) граждан нашей страны положительно относятся к идее усыновлять питомцев детских домов.

Чаще других – это жители городов с населением 100–500 тысяч человек (64 процента) и женщины (61 процент), реже – мужчины (50 процентов) и жители мегаполисов (44 процента). А вот количество тех, кто готов взять малыша из детдома, сократилось по сравнению с прошлыми годами.

Усыновить ребенка в будущем планируют всего четыре (!) процента россиян. При этом три четверти из них уверены, что это случится однозначно. Доля женщин и мужчин здесь оказалась равной. Причем среди молодежи (18–34 года) готовых усыновить ребенка в полтора раза больше, чем в среднем по выборке, – 6 процентов.

В прошлом году, по данным Минобразования, в приемные семьи передали 12,3 тысячи детей, в том числе в семьи иностранцев – 3,3 тысячи. Однако больше тысячи усыновленных вернули в детские дома «в связи с невыполнением усыновителями обязанностей по содержанию и воспитанию детей».

В министерстве отмечают, что наибольшим спросом у потенциальных усыновителей пользуются дети до пяти лет. В то же время основную массу обитателей детских домов составляют подростки (60 процентов), а каждый четвертый детдомовский ребенок (23 процента) – инвалид.

«Проблема будущего малышей-отказников стоит в нашей стране очень остро, — продолжает Альшанская. – Во-первых, очень плохо налажена работа с мамочками, которые собираются оставить малыша в роддоме.

Эта работа должна быть многоплановой – от консультаций психологов до помощи специалистов, обеспечивающих социальные гарантии. Даже если от малыша отказались, шансы попасть в семью у него есть. Особенно у самых маленьких.

Но для этого нужна заинтересованность органов опеки и попечительства. Вообще, после недели в роддоме

Очень часто бывает так, что в больницах из-за нехватки персонала нянечки не успевают ухаживать за отказниками на должном уровне. А малыши, вынужденные провести первый месяц жизни в больничной палате — без движения, без прогулок, без событий, без игрушек, без общения, без ласковых прикосновений — находятся в угнетенном состоянии.

По мере сил наш фонд помогает больницам, особенно в регионах, поддержку мы оказываем и детским домам, и принимающим семьям. Однако чтобы проблема решалась масштабно, необходим целый ряд государственных программ».

Дети-сироты – ничьи. Ком проблем, связанных с сиротством, настолько огромен, что сдвинуть его с места мы можем только все вместе, всем обществом. Главное – не быть равнодушным, ведь чужих детей не бывает.

http://www.pravda.ru/society/319013-otkazniki/

Число отказов от новорожденных детей в России за шесть лет сократилось почти на 30%

Представитель детского омбудсмена в России Виктор Зубенко сообщил, что за шесть лет в стране почти на 30% сократилось количество отказов матерей от новорожденных детей. Он отметил, что на 1 июля 2015 года в ЦФО проживает более 118 тыс. детей-сирот и оставшихся без попечения детей. Это самый большой показатель в России по федеральным округам.

«На 27,3% за шесть лет в России сократилось число отказов матерей от новорожденных детей, при этом в 2014 году значительная часть таких отказов — 1286, или четверть от общего числа по стране,— пришлась на ЦФО, из которых почти 50% приходится на Москву и Московскую область»,— приводит «РИА Новости» слова господина Зубенко.

http://www.kommersant.ru/doc/2826690

Число неполных семей в России выросло до шести миллионов

В России число неполных семей за последние годы выросло до 30 процентов. Об этом сообщает РИА Новости со ссылкой на заявление уполномоченного при президенте РФ по правам ребенка Павла Астахова.

«У нас, по данным статистики, число неполных семей выросло до 30 процентов, всего их 6,2 миллиона. В стране 5,6 миллиона матерей одиночек и 634,5 тысячи отцов-одиночек», — заявил он.

При этом он отметил, что около 9,5 тысячи одиноких родителей самостоятельно воспитывают пять и более детей. Астахов добавил, что больше половины родителей периодически не выплачивают своим детям алиментов, а каждый третий совсем не платит.

«Ситуация катастрофическая, алименты не платят, такое количество брошенных детей при живых родителях и никакого содержания», — сказал уполномоченный.

Также он отметил, что наблюдается неблагополучная ситуация с подростковыми родами. Так, по его словам, в 2010 году 23,6 тысячи детей родилось у несовершеннолетних матерей, среди них большое число отказов от ребенка.

«Ежегодно, только по официальным данным, производится более 76 тысяч абортов среди несовершеннолетних, по неофициальным данным их в три-четыре раза больше», — сказал Астахов.

Кроме этого, он отметил, что в 2010 году выявлено почти 654,5 тысячи детей-сирот, из них почти 84 тысячи — это дети при живых родителях.

«Такого никогда не было в нашей стране, ни после войны, ни после гражданской революции. Над этой проблемой мы будем работать совместно с Русской Православной церковью и со всеми людьми доброй воли», — сказал Астахов.

Видео (кликните для воспроизведения).

http://rg.ru/2012/04/26/semiya-anons.html

Литература


  1. Исследования по истории и теории развития авиационной и ракетно-космической науки и техники: моногр. . — М.: Наука, 2011. — 264 c.

  2. Сю, Эжен Жертва судебной ошибки / Эжен Сю. — М.: Новелла, 2016. — 416 c.

  3. Веденин, Н.Н. Земельное право; М.: Юриспруденция; Издание 4-е, перераб. и доп., 2012. — 192 c.
  4. Марченко, М. Н. Проблемы теории государства и права / М.Н. Марченко. — М.: Проспект, 2012. — 766 c.
  5. Марченко, М. Н. Проблемы теории государства и права / М.Н. Марченко. — М.: Проспект, 2012. — 766 c.
Статистика отказов от детей в россии
Оценка 5 проголосовавших: 1

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here