Насилие в семье православие

Андрей Лоргус

Священник, психолог, антрополог: [email protected] +7 985 970 64 62

Насилие в семье — тяжкий грех

Мой взгляд на проблему насилия в семье основан на моей пастырской практике, на знакомстве с этой проблемой в некоторых епархиях, в которых мне приходилось вести лекции, курсы, семинары и на знакомстве с мнениями и оценками моих собратьев пастырей, которые так или иначе высказывались на эту тему.

Прежде всего, нужно отметить, что лишь некоторые священники обращают внимание на проблему семейного насилия. Второе, чтобы я отметил, это неосознаваемое господство псевдо-традиционных представлений о семье и о якобы допустимости телесных наказаний в отношении жены и детей.

Традиции, которая бы однозначно оправдывала применение насилия против детей и женщин — нет, как вообще нет в русском Православии разработанной системы семейных ценностей. Скорее, мы должны говорить о некоторых подразумеваемых ценностях, которые передавались из рода в род, и воспринимались как нечто само собой разумеющеюся, что не записывалось и было семейно-родовым преданием, родительскими моделями семейных отношений. В этом «предании» насилие существовало, но никогда не приобретало принципиальный характер, а скорее допускалось в некоторых минимальных пределах и понималось как нечто само собой разумеющееся, что имеет педагогический смысл. Для огромного числа русских православных людей, применение телесных мер является допустимым, многие молодые люди удивляются: как это детей не наказывать? Но, безусловно, всегда осуждались, и не являлись ценностью меры, наносящие физический ущерб.

Давайте посмотрим на еще один аспект: а было ли насилие реальностью для семьи? Оно было, оно есть и, видимо, оно долгое время ещё будет. Причём это насилие не связано ни с какой традицией, ни с какой моралью, ни с какой религиозностью, ни с какой философией или идеологией — это насилие как семейно-родовой симптом, — оно является следствием дисфункциональной патологической страсти и симптомом разрушения семейных отношений. Этот вид насилия на сегодняшний день с психологической точки зрения хорошо изучен. Есть представление о том каковы его корни — они многообразны социальные, психологические, семейно-родовые, ситуационные, личностные и многие другие.

Семейное насилие часто оправдывается архаическими остатками былой традиционности. Никто сейчас «Домострой» не почитает для себя законом, но как только нужно оправдать безобразные действия против детей или женщин, он тут же используется в оправдание. «Домострой» является замечательным литературным памятником ХVII-го века, но именно памятником, а не нормативно-правовым документом в сфере народной жизни. Для Церкви документом он никогда не был. Это лишь некое поучение духовного отца своему сыну, причём высокопоставленному сыну — написан «Домострой» был для Царя, хотя в нём описывается общий климат семейной жизни Москвы. Для своего времени «Домострой» был мягким и либеральным документом, хоть с точки зрения нашего современника он и читается как жёсткий традиционалистский документ. Но это лишь памятник эпохи, памятник отношениям и памятник уклада семейной жизни того века.

КОНСУЛЬТАЦИЯ ЮРИСТА


УЗНАЙТЕ, КАК РЕШИТЬ ИМЕННО ВАШУ ПРОБЛЕМУ — ПОЗВОНИТЕ ПРЯМО СЕЙЧАС

8 800 350 84 37

Отдельные положения канонического права Церкви, которые включали в себя наказания за проступки членов семьи и подразумевали жестокие наказания, сегодня не имеет никакого права на существование. Ни биение камнями, ни отлучения от Церкви, ни смертная казнь уже не существуют за многие грехи и преступления, которые в русском средневековье почитались достойным смерти или физических наказаний. Поэтому применять правовые нормы прошлого мы не можем. Например, такое преступление, которое часто было на Руси XVII-го века, как напоить мужа ядом, т. е. отравить, вне зависимости от исхода наказывалось смертью для женщины. Разумеется, сейчас вряд ли это возможно. Колдовство, ворожба, магия наказывались смертью — сегодня даже в тюрьму не посадят. За аборт — отлучение от Причастия на 10 лет, оно до сих пор написано в наших Требниках, но этого никто не использует. Мы должны понимать, что многие правовые церковные канонические нормы, которые были приняты на Руси в средневековье, сейчас не применимы. Это же, я думаю, необходимо отнести и к любым формам телесных наказаний. Когда мы говорим о телесных наказаниях, надо подразумевать процедуру, акт, запланированное действие, судилище, после которого назначается наказание и оно исполняется.

Разумеется, что когда мы говорим о телесных наказаниях, мы не имеем ввиду аффективную реакцию родителей, когда они шлёпают детей, дают подзатыльники, бьют их по щеке, по губам, по попе и т.п. Это не наказание, а именно аффективная реакция. Семейное насилие относится к разряду этих аффективных реакций. Я не встречал семью, где существуют регулярные телесные наказания, где бы они вообще продумывались бы, а вот семей с аффективными реакциями, использующих силовое воздействие, проще говоря, избиение друг друга до семейного насилия, сейчас огромное количество.

Проблема в церковном пастырском труде о насилие в семье, пока только начинает осознаваться. В некоторых приходах существует желание или попытки открыть «дом женщины» — убежище для жертв насилия. Многие священнослужители сталкиваются с проблемой насилия в семье и пытаются своими силами помогать людям ее решать, хотя систематической работы, может быть, ещё не начали. В Западных Прибалтийских епархиях по примеру опыта христианских общин Польши устраиваются семейные клубы, где пары обмениваются между собой опытом преодоления семейных проблем, в том числе и насилия в семье.

Мой взгляд на проблему насилия в семье основан на моей пастырской практике, на знакомстве с этой проблемой в некоторых епархиях, в которых мне приходилось вести лекции, курсы, семинары и на знакомстве с мнениями и оценками моих собратьев пастырей, которые так или иначе высказывались на эту тему.

Прежде всего, нужно отметить, что лишь некоторые священники обращают внимание на проблему семейного насилия. Второе, чтобы я отметил, это неосознаваемое господство псевдо-традиционных представлений о семье и о якобы допустимости телесных наказаний в отношении жены и детей.

Традиции, которая бы однозначно оправдывала применение насилия против детей и женщин — нет, как вообще нет в русском Православии разработанной системы семейных ценностей. Скорее, мы должны говорить о некоторых подразумеваемых ценностях, которые передавались из рода в род, и воспринимались как нечто само собой разумеющеюся, что не записывалось и было семейно-родовым преданием, родительскими моделями семейных отношений. В этом «предании» насилие существовало, но никогда не приобретало принципиальный характер, а скорее допускалось в некоторых минимальных пределах и понималось как нечто само собой разумеющееся, что имеет педагогический смысл. Для огромного числа русских православных людей, применение телесных мер является допустимым, многие молодые люди удивляются: как это детей не наказывать? Но, безусловно, всегда осуждались, и не являлись ценностью меры, наносящие физический ущерб.

Давайте посмотрим на еще один аспект: а было ли насилие реальностью для семьи? Оно было, оно есть и, видимо, оно долгое время ещё будет. Причём это насилие не связано ни с какой традицией, ни с какой моралью, ни с какой религиозностью, ни с какой философией или идеологией — это насилие как семейно-родовой симптом, — оно является следствием дисфункциональной патологической страсти и симптомом разрушения семейных отношений. Этот вид насилия на сегодняшний день с психологической точки зрения хорошо изучен. Есть представление о том каковы его корни — они многообразны социальные, психологические, семейно-родовые, ситуационные, личностные и многие другие.

Читайте так же:  Мероприятия по предупреждению насилия в семье

Семейное насилие часто оправдывается архаическими остатками былой традиционности. Никто сейчас «Домострой» не почитает для себя законом, но как только нужно оправдать безобразные действия против детей или женщин, он тут же используется в оправдание. «Домострой» является замечательным литературным памятником ХVII-го века, но именно памятником, а не нормативно-правовым документом в сфере народной жизни. Для Церкви документом он никогда не был. Это лишь некое поучение духовного отца своему сыну, причём высокопоставленному сыну — написан «Домострой» был для Царя, хотя в нём описывается общий климат семейной жизни Москвы. Для своего времени «Домострой» был мягким и либеральным документом, хоть с точки зрения нашего современника он и читается как жёсткий традиционалистский документ. Но это лишь памятник эпохи, памятник отношениям и памятник уклада семейной жизни того века.

Отдельные положения канонического права Церкви, которые включали в себя наказания за проступки членов семьи и подразумевали жестокие наказания, сегодня не имеет никакого права на существование. Ни биение камнями, ни отлучения от Церкви, ни смертная казнь уже не существуют за многие грехи и преступления, которые в русском средневековье почитались достойным смерти или физических наказаний. Поэтому применять правовые нормы прошлого мы не можем. Например, такое преступление, которое часто было на Руси XVII-го века, как напоить мужа ядом, т. е. отравить, вне зависимости от исхода наказывалось смертью для женщины. Разумеется, сейчас вряд ли это возможно. Колдовство, ворожба, магия наказывались смертью — сегодня даже в тюрьму не посадят. За аборт — отлучение от Причастия на 10 лет, оно до сих пор написано в наших Требниках, но этого никто не использует. Мы должны понимать, что многие правовые церковные канонические нормы, которые были приняты на Руси в средневековье, сейчас не применимы. Это же, я думаю, необходимо отнести и к любым формам телесных наказаний. Когда мы говорим о телесных наказаниях, надо подразумевать процедуру, акт, запланированное действие, судилище, после которого назначается наказание и оно исполняется.

Разумеется, что когда мы говорим о телесных наказаниях, мы не имеем ввиду аффективную реакцию родителей, когда они шлёпают детей, дают подзатыльники, бьют их по щеке, по губам, по попе и т.п. Это не наказание, а именно аффективная реакция. Семейное насилие относится к разряду этих аффективных реакций. Я не встречал семью, где существуют регулярные телесные наказания, где бы они вообще продумывались бы, а вот семей с аффективными реакциями, использующих силовое воздействие, проще говоря, избиение друг друга до семейного насилия, сейчас огромное количество.

Проблема в церковном пастырском труде о насилие в семье, пока только начинает осознаваться. В некоторых приходах существует желание или попытки открыть «дом женщины» — убежище для жертв насилия. Многие священнослужители сталкиваются с проблемой насилия в семье и пытаются своими силами помогать людям ее решать, хотя систематической работы, может быть, ещё не начали. В Западных Прибалтийских епархиях по примеру опыта христианских общин Польши устраиваются семейные клубы, где пары обмениваются между собой опытом преодоления семейных проблем, в том числе и насилия в семье.

Насилие в семье православие

Проф. протоиерей Афанасий Демос, Греческая Православная Архиепископия, США (перевод с английского)
Когда пара приходит венчаться в Православную Церковь, молодые люди стоят рядом, как равные. О них возносится много прекрасных и важных молитв, восходящих к Ветхому и Новому Заветам. Они обмениваются кольцами в знак вечной любви и верности. У каждого в руках белая свеча, которая символизирует Пречистую и Пресвятую Деву Марию, а ее пламя — свет Христов в их жизни.

Женщина призвана уподобиться всей своей жизнью Пресвятой Деве, быть стойкой хранительницей веры, пребывать в послушании Богу, быть светлым примером любви, надежды и веры для своей семьи. Она должна быть живым примером истинной христианской женственности и материнства. Мужчина призван подражать Христу, быть смиренным, добрым, сострадательным, милосердным и понимающим. Он должен быть живым примером истинной христианской мужественности и отцовства.

Когда священник читает молитву Венчания, брачующиеся соединяются в единый священный союз во Христе. Их руки соединяются, скрепляя союз. На них одевают венцы, как на царя и царицу своей семьи, поэтому они должны относиться друг к другу с любовью, уважением и достоинством, как к «царственным особам». Ибо поистине каждый из них является единственным, уникальным и исключительным дополнением своего супруга.

В то же время их венчают и как «мучеников», потому что они с радостью и воодушевлением, не колеблясь, обещают жертвенно делать все возможное, чтобы удовлетворить физические, умственные и духовные нужды друг друга.

Брачующиеся пьют из общей чаши в знак того, что они будут разделять в жизни все хорошее и плохое. Этим они дают обещание терпеливо переносить болезни, трудности и невзгоды, и стремиться с радостью разделить жизнь во всей ее полноте во благо друг друга, детей и семьи. Затем они впервые уже как муж и жена вместе обходят вокруг аналоя, на котором находится святое Евангелие (или иногда их ведет священник, держа Евангелие в правой руке).

Эти первые шаги священны, потому что совершаются они вокруг Слова Божия (Евангелия); супруги делают свои первые шаги во имя Святой Троицы, тем самым прославляя Бога. Им символически предлагается сделать Евангелие центром своей жизни. Они призваны сохранять самосознание и в то же время оставаться христоцентричными.

Они должны быть не «подпорками» друг для друга, а с уважением поддерживать все, что будет способствовать полному и целостному раскрытию потенциала своего супруга. Они должны помогать друг другу обрести себя — как мужчину, как женщину и как семью. Они должны взаимно видеть друг в друге свое завершение и исполнение в целостном соединенном существе, таинственно соединенных супругах, ответственных друг за друга и друг перед другом.

Выйдя из храма, они начнут свой совместный путь длиною в жизнь в спасительном свете Христовом. Он будет вести, просвещать и указывать им путь, если они искренне примут Его водительство.

Венцы сняты, но каждый супруг несет теперь венец незримый. Главная цель и смысл их совместной жизни не только в том, чтобы любить исключительно друг друга и делить жизнь только друг с другом, но и чтобы стремиться создать такую атмосферу и среду, которая бы привела супруга в Царство Божие; чтобы сделать незримый венец своего супруга «венцом славы» в Царствии Божием.

Во время венчания читается стих из Послания апостола Павла к Ефесянам, в котором говорится: «…а жена да боится своего мужа» (Еф. 5:33).

Когда во время венчания в Греческой Православной Церкви читаются эти слова, некоторые мужчины поглядывают на своих жен, как бы говоря: «Запомни эти слова, я главный!» К сожалению, некоторые женщины соглашаются с этим и готовы безропотно сносить насилие, побои и избиения. Они часто говорят, что должны хранить мир в семье и терпеть гнев мужа. Однако им следует помнить, что Христос и Церковь просят нас терпеть страдания за веру Христову; но ни Христу, ни Церкви не нужно, чтобы кто бы то ни было становился жертвой!

Читайте так же:  Просто развод дети

Мы должны прощать своих врагов, но прощение ни в коем случае не означает, что мы должны оправдывать чьи-то жестокие действия. Мы имеем полное право быть смиренными, но опять же, смирение не означает, что мы должны позволять кому-то вытирать о нас ноги. Мы не должны терпеть или смиряться с насилием! Каждый из нас является безмерно ценным, важным, значительным человеком для Господа и для всех тех, кто действительно любит нас.

Богу не безразлично, что с нами происходит. Нет воли Божией на то, чтобы к кому-то применялось насилие. Бог хочет, чтобы мы любили друг друга с пониманием, состраданием, милосердием, достоинством и уважением. Насилие лишено всех этих качеств.

Каждому из нас также нужно прочитать слова, которые написаны в гл.5 Послания к Ефесянам и которые предваряют приведенный выше стих. Они касаются непосредственно роли мужчины в браке:

«Мужья, любите своих жен, так же, как и Христос возлюбил Церковь и предал Себя за нее, чтобы освятить ее, очистив банею водною, посредством слова; чтобы представить ее Себе славною Церковью, не имеющею пятна, или порока, или чего-либо подобного, но дабы она быть свята и непорочна. Так должны мужья любить своих жен, как свои тела; любящий свою жену любит самого себя» (Еф. 5:25-28).

Другими словами, когда муж любит свою жену до такой степени, что готов пойти на любые жертвы ради нее, когда он относится к ней с любовью, достоинством и уважением — когда она у него без синяков и ссадин, а целая и невредимая, нежно любимая, обожаемая, как и положено в силу того положения, которое она занимает как его жена, его второе я, его восполнение себя самого; тогда она должна его уважать (в ответ).

В том же Послании к Ефесянам апостол Павел пишет: «И не оскорбляйте Святого Духа Божия, Которым вы запечатлены в день искупления. Всякое раздражение и ярость, и гнев и крик, и злоречие со всякою злобою да будут удалены от вас; Но будьте друг ко другу добры, сострадательны, прощайте друг друга, как и Бог во Христе простил вас. Итак подражайте Богу, как чада возлюбленные, и живите в любви, как и Христос возлюбил нас и предал Себя за нас… А блуд и всякая нечистота и любостяжание не должны даже именоваться у вас . также сквернословие и пустословие …не приличны вам… и не участвуйте в бесплодных делах тьмы, но и обличайте» (Еф. 4:30-5:4 и 5:11).

[1]

Само Священное Писание говорит женщине, подвергающейся побоям, что верный способ преодолеть жестокость мужа-обидчика — «разоблачить его», рассказав кому-то о его поведении! Описанное в Псалме 54 можно применить к ситуации предательства со стороны супруга-насильника:

«Ибо не враг поносит меня, — это я перенес бы; не ненавистник мой величается надо мною, — от него я укрылся бы. Но ты, который был для меня то же, что я, друг мой и близкий мой. С которым мы разделяли искренние беседы и ходили вместе в дом Божий» (Пс.54, 13-15).

Шок от предательства непомерно тяжел. Он разрывает священный союз мужа и жены. Вера, доверие и уверенность друг в друге имеют решающее значение для успеха брака. Предательство насилия может разрушить брак. Что случилось с «искренним собеседником» и «жизнью во Христе»?

Чувство христианского долга может привести жену к большим страданиям и смущению. Что ей делать? Пойдет ли она против Церкви, если будет жаловаться на мужа? Нарушит ли она свои обеты и священные обязательства, данные мужу перед Богом?

Вот жертва, которая мучает себя, обвиняя себя в том, в чем она не виновата. Ей следует переложить обвинения на обидчика и понять, что не она, а он идет против Церкви. Это обидчик нарушает святые обеты. Это обидчик отступает от своих священных обязательств перед ней. Не прав обидчик, а не она!

Некоторые друзья советуют жертве домашнего насилия молиться. Мы и должны молиться всегда, когда можем. Наше доверие, вера, надежда и любовь к Богу четко выражаются всякий раз, когда мы обращаемся к Нему в молитве. Но молитва сама по себе не остановит жестокого обращения.

Мы молимся за мир во всем мире на каждой Литургии, и все же мы не можем восполнить недостаток мира в человеческих сердцах. Молитва жертвы всегда очень важна, но она не может остановить ее обидчика. Необходима конкретная, ощутимая помощь. Нужно кому-то рассказать о совершающемся насилии, и избиваемая женщина должна обратиться за помощью к другим людям.

Индивидуальные консультации, особенно с христианским консультантом, могут быть очень полезны в решении этих проблем. Считается, что «семейное консультирование» может оказаться пагубным для жертвы, так как все сказанное ею может быть использовано против нее после того, как пара уйдет от консультанта. Обидчик будет руководствоваться стремлением сохранить власть и контроль над супругой. На самом деле ему необходимо понять и признать, что он — насильник и преступник и несет за это ответственность. Он совершил преступление и должен осознавать тяжесть своих проступков. Обидчику необходима помощь, иначе он никогда не сможет преодолеть эти недостатки и исцелиться.

Если он отказывается от консультирования, если он отказывается признать, что у него есть проблема, то жене, возможно, придется уйти от него на некоторое время, чтобы помочь ему понять всю серьезность своего положения. И если после этого не будет никакого улучшения или не появится желания разрешить свои проблемы, то, к сожалению, жене, возможно, придется уйти от него совсем или даже развестись.

Для Церкви и семьи развод всегда нежелателен, но иногда это совершенно неизбежно. Если женщина опасается за свою жизнь и жизнь своих детей, она должна принимать серьезные решения. Хорошо было бы, чтобы духовенство выполняло свои обязанности, стремясь полностью понять дилемму, скрытую в насилии, а не защищать мужа-насильника, оправдывая потенциально опасную ситуацию расхожими фразами. Женщине нужны понимание, помощь и поддержка, а не дополнительные обвинения от ее священника или других прихожан. И она, и ее священник, и ее Церковь должны заботиться о ее безопасности и безопасности ее детей.

Существует много видов жестокого обращения: словесное, психическое и физическое насилие. Я бы добавил еще духовное насилие, потому что дезориентация, вызванная насилием, унижает и может также разрушить духовную жизнь человека.

Каждый человек должен быть лучше информирован о признаках жестокого обращения, а также о том, куда обратиться за помощью для жертв насилия. Не защищайте обидчика, вы только причините еще больший вред ему и его семье. Защищайте жертву, выслушайте ее, поверьте ей и как можно скорее отведите к знающему и неравнодушному священнику, психологу или социальному работнику. С этого момента они примут эстафету, а вы всегда будете готовы выслушать, понять, сострадать и не судить; вы будете рядом с человеком, который вам доверяет и нуждается в вашей помощи.

[3]

Статья была опубликована в Информационном бюллетене «Круглый стол по религиозному образованию и диаконии», издаваемом Отделом внешних церковных связей Московского Патриархата, май-июнь 2012 г.

С чего начинается семейное насилие

Ситуация однозначно зависит от конкретики. Недавно я разговаривал с одним мужчиной, который ударил свою жену первый раз в жизни и рассказывал мне об этом. Он – ветеран боевых действий, поэтому психику его точно нельзя считать идеальной. И вот они с другом выпили, причем немного. «Больше я ничего не помню – возможно, алкоголь был контрафактный», – рассказывал он мне, при этом не оправдывая себя.

Читайте так же:  Действуют ли визы при смене фамилии

Протоиерей Максим Первозванский

С утра он обнаружил, что жены и детей дома нет. Когда он стал звонить и выяснять, ему объяснили, что он пришел домой и начал бить всех, включая жену. На мой взгляд, уехав, жена повела себя абсолютно адекватно. Хочется надеяться, что она вернется, разобравшись в ситуации. И он сделает серьезные выводы.

Это одна ситуация, несистемная, ведь этот мужчина никогда не вел себя подобным образом и не отдавал себе отчет в происходящем (хотя я его нисколько не оправдываю).

Но очень часто ситуации складываются годами, и женщина принимает их. Это ни в коем случае не обвинение, но не говорить об этом тоже не следует. Где-то мужчина повел себя грубо, где-то позволил себе обозвать ее, где-то еще что-то. Это всё выясняется сначала в добрачных отношениях, потом в брачных.

Как женщина реагировала на эту грубость? Вот муж сказал, что придет через час, а пришел через три. На вопрос: «Милый, где ты был?» – слышит ответ: «Не твое дело». Что она делает в этой ситуации? Просто улыбается, говорит: «Хорошо, иди ужинай»?

Помощь возможна?

Возвращаясь к тому, что называют «семейным насилием» – помощь, в том числе священника, здесь возможна, но она всегда очень индивидуальна. Другое дело, что не всегда у священника есть возможность подобные процессы наблюдать. Мужчина не будет в этом каяться в большинстве случаев, если он идет по этому пути. Он просто не понимает, что делает что-то неправильно, он уверен, что это по-христиански – ломать жену об колено. Это ведь отец Андрей Ткачев сказал. И женщина не говорит, ей тоже кажется, что она по-христиански смирилась. Как правило, всё всплывает уже в достаточно запущенных стадиях.

И тогда можно помочь семье, если оба супруга захотят изменить ситуацию. Не всегда можно нормализовать отношения. В некоторых случаях единственный выход – развод. Потому что главной целью брака, как и всей нашей жизни, является спасение души. Конечно, очень сложно понять грань между смирением, которое действительно помогает спасать душу, и наоборот – уничтожением, когда душа гибнет от этой ситуации. Но, бывает, эту грань можно разглядеть.

Мы всё время говорим о физическом насилии – оно просто более заметно, его крайние проявления внешне ужасны. Но разве менее ужасно психологическое, духовное насилие над личностью, то, которое осуществляется многочисленными манипуляторами, и люди уничтожают личности друг друга во вполне православных семьях? И в крайних проявлениях здесь могут быть тоже трагические ситуации. Но об этом говорится почему-то реже.

Что такое насилие в семье

Насилие, или абьюз — это широкий термин, который используется для обозначения любых действий, которые наносят вред другому человеку. От семейного насилия, чаще всего, страдают более слабые члены семьи — женщины, дети старики.

Видео (кликните для воспроизведения).

При этом далеко не всегда речь идет именно о физическом воздействии — побоях, нанесению увечий и травм. Не менее тяжело переносится и психологическое или эмоциональное насилие, которое, к тому же, может выражаться более скрытно и незаметно, поэтому жертве бывает крайне трудно объяснить посторонним людям, что не так.

Если с физическим насилием все относительно понятно — это телесное воздействие, побои, то с эмоциональным или психологическим приходится разбираться. К такому виду насилия можно отнести следующие действия:

Как видим, список получается довольно внушительный, и его можно продолжать дальше. Картина вырисовывается крайне неприглядная, и даже не верится, что такие вещи могут происходить в семьях, которые считают себя православными. Но, к сожалению, такое встречается и в 9 случаях из 10 жертвой подобного отношения становится женщина.

Усугубляет ситуацию то, что в православной среде очень не принято говорить о семейных проблемах. Считается, что женщина своим терпением, смирением и любовью может покрыть любые недостатки мужа, который рано или поздно увидит, какими духовными сокровищами обладает его супруга, прозреет и покается.

Да, в жизни некоторых святых такое случалось, но любовь и смирение вовсе не предполагают вседозволенности и унижения. И личный подвиг святого, который действительно имел такую благодать, которая смогла покрыть зверство насильника, никак нельзя считать общим правилом поведения для любой семьи.

К примеру, святой Серафим Саровский совершенно не противился напавшим на него злодеям, хотя имел прекрасную физическую форму и недюжую силу. Он для себя посчитал, что готов перетерпеть подобное для того, чтобы возрасти духовно.

Означает ли, что так должен поступать каждый из нас и никогда не защищаться? Вовсе нет. Хотя при этом подвиг Серафима Саровского не перестает быть таковым. Это очень тонкая духовная грань, где не может быть одинаковых решений для двух разных людей.

Насилие или смирение

Пожалуй, одна из главных особенностей тирании именно в православных семьях — подмена понятий. Жене положено быть послушной мужу, помогать ему, не высовываться на передний план. Более того, в Священном Писании есть известные всем строки «жена да убоится мужа…», которые многие понимают буквально. Поэтому насилие, которое само по себе ужасно, под прикрытием внешнего наносного православия становится врагом скрытым, незаметным, а потому очень опасным.

Почему мы говорим именно о внешнем православии? Да потому что семья, в которой в том или ином виде процветает абьюз, никак не может быть истинно православной. Как бы ни пытались противники и враги Церкви Христовой опорочить нашу веру, цитируя вырванные из контекста отрывки из Домостроя, православие всегда учит главному — любви. А в семье, где находится место насилию, любви нет и быть не может. Даже если это все прикрыто внешней благопристойной христианской маской.

Почему же возникают такие семьи-перевертыши, где идеалы христианского брака настолько искажаются, что вместо счастья и совместного спасения несут только боль, страх и ненависть? Причины бывают разные. Люди могут просто взять ношу, непосильную себе — когда новоначальные христиане, начитавшись о великих христианских подвижниках, желают сразу же жить согласно их духовным нормам.

Естественно, у них это не получится, но признать это сложно, поэтому возникает благочестивая наносная форма, за которой скрывается суровая реальность. И зачастую эта реальность прямо противоположна христианским идеалам.

Идеал христианского брака настолько высок, что доступен немногим. Единство мужа и жены в священном Таинстве брака — это та целостность, которая позволяет познать Бога и Его великую благодать. Муж с женой в православном понимании не просто близкие родственники, а две половинки единого духовно-физического организма.

Такой полноты общения между двумя людьми больше нигде нельзя достичь. Конечно, такие высоты недостижимы для каждой семьи, но это должно не расстраивать супругов, а ободрять для дальнейшего духовного роста. Ведь сколько всего прекрасного может быть еще впереди!

Но, к сожалению, для падшего греховного человека такой сложный путь духовного развития часто оказывается не по силам. Гордыня требует «всего и сразу», а сразу достичь больших высот не получается. Зато вполне получается заставить силой жену подчиняться, ткнув ее носом в Домострой или Евангелие, совершенно не учитывая, что контекст этих слов, как раз, осуждает подобное отношение. Так и появляются православные семьи-перевертыши, где буйным цветом цветут любые формы проявления тирании.

Читайте так же:  Список документов замена паспорта смена фамилии

Еще один важный аспект — призыв православного человека воспитывать в себе терпение и смирение. Сколько боли, слез, побоев и увечий пытаются прикрыть этими высокими христианскими добродетелями! Тут также наблюдается явная подмена понятий — нет никакого смирения в том, что жена терпит побои или издевательства мужа. Это трусость, которая должна быть чужда верующему сердцу.

Немного статистики: около 14 000 женщин ежегодно погибают от рук мужей или других близких в семейно-бытовых ссорах и конфликтах.

Я глубоко убежден, что, к счастью, наше общество дозрело до понимания того, что насилие – как унижение другого человека, его личности – недопустимо.

Если женщине категорически не нравится, что ее бьют и унижают, и она не уходит и продолжает терпеть, всё-таки это ее выбор. Иногда ее держит благословение. Понятно, что она боится, говорит, что уходить некуда. Но «совсем некуда» бывает редко, разве когда вокруг тайга, и выбор – между тем, чтобы терпеть отношение деспота-мужа или быть съеденной в лесу медведями.

Понятно, я говорю это образно. Но всё-таки чаще есть «куда», правда, нужно сделать выбор и чем-то поступиться. Чтобы что-то изменить, нужно что-то отдать за это. Например, женщина взвешивает: что ей важнее, что ее бьют или что скажут соседи или батюшка. И она выбирает: ладно, пускай меня бьют, лишь бы соседи не сказали ничего. Или: мама меня заругает, или вместо двух комнат будет одна, и теперь я не смогу мазать масло на хлеб, а буду мазать маргарин.

Человек всегда делает выбор, с которым он что-то приобретает и что-то теряет. Когда он женится или выходит замуж, он теряет собственную свободу, меняя ее на ответственность. Он идет на это, он делает выбор. Если человек принимает решение родить ребенка, он понимает, что на ближайшие 20 лет впрягается в определенные обязанности. Он идет на это или не идет на это. Либо не рожает детей, либо рожает одного и отправляет его к бабушке, либо рожает 15. Это его выбор. Он не всегда полностью осознанный, но человек сам делает этот выбор. Его могут подталкивать, благословлять, уговаривать или отговаривать, но всё равно у него есть уши, есть глаза, есть ум. Поэтому если женщину бьют, унижают, а она это терпит, не уходит, значит, она считает это допустимым.

Я уже говорил и еще раз скажу, что никого ни в чем не обвиняю. Я понимаю, что все мы бедные и несчастные дураки, живем в первый и единственный раз на этом свете с совестью, умом и всем остальным, пораженным первородным грехом. Но всё равно это твоя жизнь и никто, кроме тебя, ее не проживет. И ты сама или сам принимаешь решение, как тебе ее прожить.

Насилие в семье в православии

Сегодня поговорим на тему, которая очень табуирована в православной среде, о которой не принято и стыдно говорить, которая замалчивается и скрывается — о насилии в православной семье. К сожалению, реалии нашей жизни таковы, что даже в семьях, которые считают себя верующими и православными, встречаются случаи насилия.

Ужасный, вопиющий и, кажется, просто невозможный пример — убийство в 2018 году священником Николо-Угрешского монастыря Дионисием Горовым собственной супруги. Об этом сложно и больно не только говорить, но даже думать. Тем не менее, необходимо такие темы освещать, чтобы подобные беды не повторялись.

Либо мы понимаем, что всегда будут сумасшедшие. Всегда будут дуры. Всегда будут сексуальные извращенцы. Всегда будут педофилы и гомосексуалисты.

И ничего ты с этим не сделаешь. Поэтому, слава Богу, мы находим какую-то золотую середину в настоящий момент, что да, мы не даем соответствующего срока за гомосексуализм, но и пытаемся не пустить его в публичное поле.

Государство должно в этой ситуации заниматься рамочными вещами. Угроза жизни и здоровью – здесь всё понятно.

А нам в Церкви, наверное, нужно больше говорить не о том, как строить традиционную семью, а о построении христианской семьи.

Хотя и здесь много непростых разговоров. Вспомним отца Георгия Митрофанова, который говорил, что слова апостола Павла о том, что жена должна слушаться мужа – это не призыв христианский, а констатация сложившихся к тому моменту отношений. Мне не нравится позиция отца Георгия Митрофанова, я с ней не согласен. Но раз об этом можно вести разговор, значит, есть что обсуждать, думать, что такое христианская семья. Ломать жену об колено, как советует отец Андрей Ткачев? Или, может, мужа ставить на горох? Я много раз был свидетелем ситуации, когда в семье мужчина не воспринимается как человек и всячески унижается.

Если серьезно, то в христианской семье есть одна ценность – любовь. Бог есть любовь, и пребывающий в любви пребывает в Боге, и Бог в нем (1 Ин. 4:16) Это касается и отношений между супругами, и отношений со старшими поколениями, с детьми, взаимодействия с обществом, образа жизни: городского, сельского и так далее. А вот как построить семью, чтобы в ней была любовь – это большой, в том числе и теоретический вопрос.

Как бороться

Первое, что нужно сделать человеку, оказавшемуся в подобной ситуации — осознать проблему. И во множестве православных семей сразу же на этом этапе возникают сложности. Будем рассматривать ситуацию на примере семьи, где деспот муж, а жертва жена — такие формы наиболее распространены.

Очень часто православная женщина не готова никому (даже самой себе) признаться, что она — жертва насилия в собственной семье. Если вернуться к убитой матушке Анне Горовой, о которой мы уже упоминали в самом начале статьи, то у нее неоднократно пытались выяснить, какие проблемы возникли у них с мужем.

И священноначалие храма, где служил Дионисий Горовой, и друзья, и близкие замечали, что что-то не так. На священника посыпались множественные жалобы, из-за которых он был отстранен от исповеди и проповедей, служил в самом монастыре вместе с другими священниками.

Ещё интересные статьи:

Таким образом, окружающие эту семью люди видели, что есть проблемы. Неоднократно на матушке Анне были замечены и синяки. Но на все вопросы, проявляет ли по отношению к ней насилие муж, матушка всегда отвечала решительным отказом, никогда на эту тему не общалась даже с самыми близкими людьми. Исход этой ситуации оказался очень печален.

Поэтому самое первое, что нужно сделать — признать, что насилие имеет место быть. Для этого нужно хорошо понимать такие христианские понятия, как смирение, терпение, подчинение жены мужу, любовь, верность, преданность и прочее.

К примеру, в Священном Писании сказано не только о том, что жена должна «убояться» мужа, но и о том, что муж должен любить жену как свое собственное тело, как себя самого. Также любовь мужа к жене сравнивается с любовью Христа к Церкви. Таким образом, нам показывается очень высокий идеал любви мужа к жене, в котором уж точно не может быть места тирании и насилию.

Читайте так же:  Алименты если появился второй ребенок

Если не вырывать фразу про страх жены перед мужем из общего контекста, то становится понятно, что речь вовсе не идет об обычном страхе перед человеком, который может причинить нам зло. Убояться мужа жена должна в том смысле, что она должна так трепетно его любить, так уважать, так ценить, что будет бояться его чем-то оскорбить, обидеть.

Наверняка многим знакомо то чувство, когда мы очень любим человека и стараемся его не огорчать. А если невольно огорчаем — страдаем и сами. Именно о таком страхе идет речь. Очевидно, что такие отношения возможны только при обоюдной любви.

Да, в «традиционной семье» рукоприкладство по отношению к жене было нормой, и жена не воспринимала это как нечто ужасное. В «традиционной русской дореволюционной семье» замуж выдавали с 13 лет…

Для современного человека «традиционная семья» – это нуклеарная советская семья XX века: мама, папа и двое детей. Какую «традиционную семью» мы собираемся возрождать?

На самом деле традиционная семья существует в традиционном обществе. Традиционное общество, его последний отголосок, умерло вместе с Советским Союзом. Советский Союз, при всём своем модерновом характере, всё равно сохранял очень много элементов традиционного общества: то самое «наши люди в булочную на такси не ездят», парткомы, которые интересовались семейной жизнью, и так далее. Что такое традиционное общество? Это когда личная жизнь человека достаточно жестко регулируется традицией, религией или обществом. Это общество двадцать лет назад кончилось. А на самом деле разрушение его началось более ста лет назад.

Уже в XIX веке крестьяне были вынуждены сниматься с насиженных мест и идти работать в город. И поэтому говорить о том, что можно в нетрадиционном обществе строить что-то традиционное, – это полная утопия.

Существуют еще осколки «традиционной» семьи. У нас в приходе есть русский парень из Ставропольской области, который благословение на брак получал у своего дяди. То есть такое клановое устройство большой семьи. Сам молодой человек, его родители – давно уже живут в Москве, но всё равно без благословения главного в роду жениться нельзя. Эту модель семьи будем восстанавливать? Так надо еще найти такого дядю, у которого мудрости хватит, чтобы всей этой ситуацией управлять.

В большинстве случаев есть множество мелких нюансов, которые предшествуют непосредственному рукоприкладству. Вот о них и надо говорить прежде, а не о том, что делать женщине, когда ее ударил мужчина. Это уже запущенная ситуация.

Опять же, надо разбираться. Нет общего ответа. Нужно разбираться в нюансах их взаимоотношений. У нас получается акцент на физическом рукоприкладстве. Но если рассмотреть этот вопрос не с точки зрения современных правовых и нравственных норм, а с христианской точки зрения, то он второстепенный.

Гораздо страшнее, чем непосредственное рукоприкладство, то, что люди унижают и уничтожают друг друга, личность друг в друге в семейной жизни. Причем страшное унижение возможно и без рукоприкладства.

И часто терпение подобного – выбор женщины.

Про соседей и традиционные ценности

Как реагировать, если слышно, что у соседей драка, муж бьет жену – непростой вопрос. Он вообще о том, насколько общество отвечает за то, что происходит у соседей. И это тема для отдельного большого разговора.

Меня давно выводят из равновесия словосочетание «традиционная семья» и фразы, что ее нужно укреплять. Ладно еще в светских документах, но когда подобное звучит и в церковных! Что такое традиционная семья? Традиционная для какого времени, для какого конкретно места? Для Брянщины или для Кубанщины, или для поморов, или для сибирских казаков, или для народов России, для которых характерно многоженство? Это традиционно крестьянская семья или традиционно дворянская семья, или традиционно купеческая семья, или семья духовенства?

Бьют – куда обращаться?

Не нужно ничего изобретать: у нас есть закон, который можно применять, когда существует непосредственная угроза жизни и здоровью человека. Больше ничего придумывать не надо.

Вообще грань вмешательства и невмешательства в семейные дела – порой очень тонкая. Знаю ситуацию, когда многодетная уставшая мама, бегающая с детьми на кружки, параллельно беседовала с психологом о проблемах воспитания. А потом ребенка чудом не отобрали. Потому что этот психолог написал заявление в органы опеки и попечительства на основе частных, фактически полуисповедальных бесед с мамой.

Вообще решить все проблемы с «семейным насилием» раз и навсегда не получится. Либо мы вводим тоталитарный контроль за жизнью каждого, как не раз писалось в антиутопиях. Тогда мы приходим к ужасным вещам, но, с другой стороны, сможем предотвратить преступления.

Православные не разводятся?

После того, как жертва осознала, что является таковой, начинается самый сложный этап — что делать с этим осознанием? С одной стороны, православные устои всегда твердили о нерушимости брака, о недопустимости разводов, о необходимости претерпевать все беды и печали вместе. С другой стороны, как прекратить насилие?

[2]

Конечно, ни в коем случае не надо при первой же ссоре или конфликте бежать разводится. Действительно, иногда супруги проходят сложные кризисные этапы в своих отношениях, часто очень тяжелые и болезненные. И некоторые из них можно преодолеть, если оба супруга прикладывают к этому усилия.

Но, на наш взгляд, нельзя и однозначно отвергать возможности развода для православной семьи. К сожалению, на практике это приводит к тому, что женщина не видит выхода из ситуации и годами терпит насилие. К чему могут приводить такие ситуации, мы уже писали. Неужели было бы хуже, если бы семья развелась? Да, это всегда боль, это всегда кризис духовности. Но в некоторых ситуациях другого выхода просто нет.

Православная женщина должна иметь право открыто говорить о том, что она стала жертвой насилия в своей верующей семье. Факт веры ни в коем случае не может быть использован для прикрытия нарушения базовых прав и свобод любого человека. К сожалению, на практике мы видим, что неверующей женщине гораздо легче уйти от агрессора, обнародовать его зверства, получить столь необходимую помощь.

К счастью, Церковь начала уделять внимание вопросу семейного насилия. Для этого проводятся специальные конгрессы, открытые столы с представителями общественности, молодежью. При многих храмах открываются центры юридической и психологической помощи жертвам домашнего насилия. Не нужно бояться обращаться в такие организации, если это необходимо!

Видео (кликните для воспроизведения).

Самое главное, что нужно помнить — жертва насилия вовсе не «плохая христианка», если не хочет терпеть унижения и издевательства со стороны мужа или других родственников. Использование веры в качестве инструмента давление недопустимо и противоречит самому смыслу православия.

Источники

Литература


  1. Все о пожарной безопасности юридических лиц и индивидуальных предпринимателей. — М.: Альфа-пресс, 2013. — 480 c.

  2. Национал-экстремизм и судебная власть в современной России. — М.: ОФ Антифашист, 2014. — 121 c.

  3. Теория государства и права (схемы и комментарии). — Москва: Мир, 2000. — 208 c.
  4. Котов, Д. П. Вопросы судебной этики / Д.П. Котов. — М.: Знание, 2014. — 127 c.
  5. Прыкин, Б.В. Компактэкономика. Курс лекций; М.: Academia, 2011. — 500 c.
Насилие в семье православие
Оценка 5 проголосовавших: 1

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here